Точка зрения следователя. Жизненный детектив с юмором и ужасом

Понятно, что поселившись в номере, с дороги нужно бухнуть. Свято дело. Это был первый и последний раз, когда я пил с Серёжей. Зато я увидел, как он пьёт. На фоне уже не первого года работы в милиции, развала страны, повального бандитизма и алкоголизма, а также ужасных бытовых преступлений я должен был привыкнуть ко всему. Но нет. То, как пил Серёжа, было по-настоящему страшно и невозможно для землянина. С учётом того, что я выпил не более 200 грамм, на утро в номере было три пустых бутылки. Понятно, что литровых.

Я вышел на воздух. Яркое солнечное морозное утро. Белоснежное покрывало пушистого снега. Именно пушистого. Над каждой крышей избы белый дымок. Очень красиво и чисто.

Чисто не потому, что чисто, а потому что снег. И среди этой есенинской тиши и благолепия рёв мотоцикла и милицейская сирена.

Из-за дальнего угла гостиницы вылезает то, что издавало мотоциклетное рычание, оказавшееся снегоходом, который на скорости 8 километров в час убегал от милицейского УАЗика, переваливающегося за ним по сугробам со скоростью пять километров в час.

Разрыв увеличивался, погоня продолжалась.

Итог погони угадывался легко: через каких-нибудь пару часов снегоход скроется за ближайшей избой.

Я направился в местную милицию. В большом городе мы привыкли к количеству райотделов в каждом районе. Помимо этого, есть ещё городское и областное управление. В Ханты-Мансийске всё это сжато в одну двухэтажную избу. На первом этаже – городской отдел, на втором – краевой. Хотя могу ошибаться.

Давно было, но суть структуры вы поняли.

В те времена вместо компьютеров, о которых ничего не было известно, а в самом Ханты-Мансийске и слова такого не знали, были телетайпы. Не такие примитивные, как при Дзержинском, а в современном дизайне. То есть в тумбочке, из которой выползала бумажная лента, именно как при Дзержинском. Прообраз твиттера. Шутка.

Дежурная часть горотдела была занята приёмом телетайпных сообщений из краевого отдела. Другими словами, между этажами шла оживлённая переписка.

Я поставил фиолетовый штамп на командировочном удостоверении и пошел по коридору избы, где размещался уголовный розыск. Все двери были закрыты. Вообще все. Мёртвая тишина. В уголовном розыске. Представить невозможно. Протестировав дверные ручки ещё пару раз, я пошёл в дежурку.

Колоритный дежурный в милицейском пиджаке сообщил мне дикую для милиционера из Украины весть: уголовный розыск в полном составе отбыл куда-то на Югорскую вахту отстреливать медведей.