Афоризмы и мысли

30

Наши бюрократы большие интеллектуалы. Не может быть, чтобы они не читали Каффку.

31

Говорят, что за семь лет меняется каждый атом в нашем теле. Атомы памяти меняются быстрее: все большое становится немножко смешным, немножко глупым, немножко красивым. Прости, это не о тебе.

32

Во времена перемен глупо вести двойную игру – слишком многие ведут тройную.

33

Наука – лезвие скальпеля, вскрывающее мягкое живое тело Неведомого, – лезвие не всегда стерильное.

34

Фраза Высотского о больших переменах впереди, которые он никогда не полюбит, как– то выпадала из общего фона пести.

И мало кто понял, что это пророчество.

35

Иногда ты признаешься себе: «Я думаю о людях лучше, чем они того заслуживают». С точки зрения логики эта фраза не может быть истинной. Но это не мешает ей быть, увы, такой правдивой.

36

Есть люди, похожие на звезды – мы иногда восхищаемся их светом, не замечая того, что опоздали на много лет.

Есть люди, похожие на полную луну – они светят ярче всех звезд на небе, но всегда отраженным светом. Остальные напоминают ночные облака – в одиночестве они чуть светятся по краям, но гасят любое сияние, если их много.

37

Вообще говоря, людям можно доверять во многих случаях, но только не в тех, когда они говорят о справедливости.

38

Принцип игры: если хочешь достичь в жизни чего-то серьезного, ни к чему не относись слишком серьезно.

39

Определение: Искусство – вечная тоска достойного человека о мире, достойном человека.

40

Доброта похожа на тепло: она точно так же передается от нагретого тела к холодному, не возрастая при этом и не исчезая.

41

Когда страдания ближнего становятся черезчур заметными, они искупаются собственными страданиями – обязательно заметными.

42

Истинная философия это не любовь к мудрости, а, скорее, синтез мудрости и любви.

43

Интересно, что пытаясь изобрести совершенного бога, человек наделяет его своими худшими недостатками – беспредельной любовью к самомму себе, например.

44

Эпоха проявляет себя во всем, даже в начертании знаков. Всмотритесь в самоуверенную угловатость египетских иероглифов, в мягкие изгибы греческих букв, в средневековую жестокость готического шрифта, – да, и в восторженную безликость газетных полос.

45

Память… Память… И восклицательный знак среди многих многоточий.