Загадка Алатырь-камня

– Уходят в другие миры, чтобы выяснить волю богов, – отозвался тот, лишь бы не молчать. – Продолжают камлание…

Шаньюй огляделся и за широкими плечами лучших своих воинов узрел Ояна с Гармой.

– А ну-ка уходите отсюда, не детское это дело! – рявкнул Юйчугянь в раздражении.

Возлюбленных как ветром сдуло. Никто в народе, который возглавлял шаньюй, не стремился так сильно к завершению бесконечного кочевья, как он сам. Вождь превосходно знал, чем занимаются ночами Гарма с Ояном и тысячи других подобных им пар.

Тем временем солнце поднималось все выше и жарило все сильнее – прямо сквозь облака. Шаньюй твердо помнил один из заветов отца своего: народ всегда должен быть при деле, ибо скука – злейший враг послушания. За Буграми ярко синел ручей, и вождь велел своим гвардейцам передать всей орде приказ приступить к водопою табунов и стад. Свободным от этого занятия было приказано собирать ягоды, которых было видимо-невидимо.

Забравшись подальше в лес, Оян и Гарма затеяли было минутку любви, но крайне неудачно, поскольку в густой тени деревьев девушка улеглась прямо на неприметный муравейник. К счастью, рядом плескалось озерцо, и влюбленные бросились в воду, отметя прочь свойственный их кочевому народу страх перед мытьем: погружение оказалось единственным средством унять боль и зуд от укусов растревоженных насекомых.

Стоя по грудь в воде, Гарма тонкими руками обвила шею Ояна, а тот приподнял девушку за бедра и усадил прямо на свое мужское могущество. От их мерных движений по поверхности побежала рябь, и на берегах проснулись утомленные ночной кормежкой лягушки.

– Ква, ква, ква, – заливался неприметный в траве солист, и ответом ему звучал дружных хор: – Кваааа, кваааа, кваааа…

– Ах, ах, ах, – рвалось из ротика прелестной Гармы. – О-о, о-о, о-о, как ты могуч, любимый мой…

– О-о, о-о, о-о, – отзывался плечистый красавец.

– Квааааа, – тянули свою партию земноводные. – Ква, ква, кваааа…

Взлетали к небесам брызги, и воспаряло счастье, прямо к чисто умытому новым днем, хотя и потемневшему Тенгри.

Откроем тайну: Оян и Гарма – кузен и кузина. Родными братьями были их отцы, которые геройски, как пристало хуннским воинам, пали в одной из жестоких стычек с китайцами.