Несостоявшийся Горби. Книга вторая

– Но, главное: я же его не Генеральным секретарём устроил! И что такого криминального в том, что мужик напоследок захотел почувствовать руку на пульсе жизни? Ну, вот, хочет человек принести обществу хоть какую-то пользу, прежде чем вступить в лигу доминошников-пенсионеров! И ведь он может принести: в нашем деле Шелепин – не новичок. Если Вы помните, он в своё время возглавлял этот Комитет.

– Но почему именно Шелепин?! – не выдержал Горбачёв. – Тебе не кажется странным, что всплыла именно его кандидатура?!

Горбачёв адресовался к Соломенцеву исключительно на «ты», презрев любезность даже в ответном порядке.

Ну, вот, такой был у него характер: «к мандатам почтения нету»… если этот «мандат» – ниже рангом. Себя Михаил Сергеевич уже считал «номером два» в партии» – а, значит, «Quod licet Jovi, non licet Bovy». В вольном переводе на русский язык: «Что дозволено Горбачёву – не дозволено всем другим!».

На очередной гневный выпад Соломенцев отреагировал таким же очередным пожатием плечами.

– Не понимаю – о чём Вы?!

– О том, что несколько лет назад Шелепин, как зам Председателя Госкомитета по профтехобразованию, тесно контактировал с Романовым! Есть такая оперативная информация!

– Фу, ты – а я-то думал!

Соломенцев мужественно не воздержался от снисходительного взгляда в Горбачёва.

– Тоже, мне: «оперативная информация»! Не знаю, кто Ваши информаторы, Михаил Сергеевич – но только ребята или явно перестарались, или под полученный аванс «сплавили» Вам «прошлогодний снег»! «Дела давно минувших дней, преданье старины глубокой»! Это – во-первых.

А, во-вторых, Романов с Шелепиным контактировали, если Вы помните, исключительно по вопросу реформы профтехобразования. Романов затеял её тогда для Ленинграда и области – и хотел распространить на весь Союз. По этому поводу к нему и заслали Шелепина. Я подчёркиваю: именно «заслали» – а не он напросился! Да и толку-то: почин не был поддержан! Уж, не знаю, отчего – но только не был! Так, что, у Вас нет даже формальных оснований подозревать Шелепина в связях с «врагом народа» Романовым!

– У нас! – мрачно уточнил Горбачёв, многозначительно сверля глазами Соломенцева.

 – А что касается «врага народа», то ты не так, уж, далёк от истины!

Некоторое время Горбачёв нервно ощупывал сухой ладонью гладко выбритое лицо. В продолжение того же самого времени Соломенцев выказывал ему товарищеское уважение и даже почтительность, но только не раболепие.