Специальный репортаж

Ну, Ленка! Ты же сама проговорилась как-то, что я для тебя значу не более, чем обертка от гигиенического пакета. Или я ошибся?!»

Лена вновь вперила взгляд в телевизор. После столь неожиданной вспышки гнева со стороны Казанцевой в комнате повисла удручающая тишина, иногда с телеэкрана нарушаемая леденящими душу криками очередной жертвы каннибалов. Вдруг к ним присоединился собственный вопль Лены. Она побледнела, обмякла и судорожно схватилась рукой за левую грудь впечатляющих размеров.

– О-ой! – с гримасой человека, павшего от руки каннибала, тяжело выдохнула Лена.

 – Дима! – Это была предсмертная мольба. – Там… в ящике… таблетки… быстрее!

Я все понял и вскочил как ужаленный.

– Сердце?! – бросил я на ходу, кидаясь к серванту.

Лена едва заметно кивнула.

– Ну что ты копаешься? – нетерпеливо затрясла Казанцева рукой, будто сунула пальцы в кипящую воду. – Таблетки на самом верху.

Я выхватил упаковку и метнулся к Лене, которая безобразно раскинула ноги и, вывалив язык, почти сползла с кресла.

Маленькая таблетка нитроглицерина оказала поразительное воздействие. Через минуту на лице Лены появилось блаженное выражение, и она с моей помощью уже могла принять более целомудренную позу.

Таня, с интересом следившая за происходящей сценой, заметила:

– Снятие стресса у тебя происходит слишком бурно.

Казанцева оценила юмор, попыталась улыбнуться.

– Дурацкие приступы стенокардии измучили меня вконец. Боюсь, когда-нибудь сердце не выдержит, и я протяну ноги.

– Может, «Скорую» вызвать? – проявил я участие.

Лена провела рукой по груди и признательно сказала:

– Спасибо, мне уже лучше.

Я все еще стоял над Казанцевой в положении реаниматора и продолжал настаивать:

– Нитроглицерин оказывает непродолжительное действие, всего пятнадцать-двадцать минут, потом состояние может ухудшиться. Давай все же вызовем машину «Скорой помощи».

– Ну что ты, дружок, – в голосе Казанцевой появился оттенок сердечности. – Я чувствую себя прекрасно. Только зря пила шампанское. Голова болит ужасно.

 – Откинув голову назад, Лена потрясла своими прекрасными волосами.

Моя соседка по дивану встала и сделала замысловатое движение с платьем, от чего у меня захватило дух.

– Время позднее, – сказала Таня. – Спасибо за компанию. Мне пора идти. Думаю, заботливый журналист проводит до такси одинокую женщину?

Таня прошла в коридор к вешалке, сняла плащ и застыла с ним, ожидая помощи. Диван просто выкинул меня из своих недр. Лена никого не удерживала.