Книга Тайн. Наука медитации. Часть 1

Поэтому попытайся установить, есть ли вы на самом деле? Есть ли внутри вас какой-то центр, который вы могли бы назвать своим «я»? Обратитесь внутрь и попытайтесь установить, где находится это «я», где обитает это эго?

Риндзай приходит к своему мастеру и говорит:

– Дай мне свободу!

Мастер отвечает:

– Сначала принеси мне «себя». Если «ты» есть, я смогу сделать тебя свободным. Но если «тебя» нет, как я могу сделать тебя свободным? Ты уже свободен. И эта свобода, – говорит мастер, – не «твоя» свобода. В действительности, свобода – это свобода от «тебя».

Так что пойди и поищи, где находится это «я», где то, что ты называешь «собой», а потом приходи ко мне. Пусть это будет твоей медитацией. Иди и медитируй.

Ученик Риндзай идет и медитирует – недели, месяцы, – и потом возвращается и говорит:

– Я не тело. Это все, что я установил.

Мастер отвечает:

– И лишь настолько ты стал свободен. Иди и продолжай искать.

Он продолжает искать, медитирует и приходит к выводу: «Я не ум, потому что могу наблюдать свои мысли.

А наблюдатель отличен от наблюдаемого – поэтому я не ум». Он возвращается к мастеру и говорит:

– Я не ум.

И мастер отвечает:

– Теперь ты освобожден на три четверти. Теперь пойди опять и выясни: кто ты?

И ученик стал размышлять: «Я не тело. Я не ум». Он многое прочитал, многое изучил, был хорошо осведомлен, и он подумал: «Если я не тело и не ум, наверное, я – душа, атма». Но, продолжая медитировать, он обнаружил, что нет атмана, нет души – потому что вся ваша атма складывается только лишь из информации, накопленной в уме: доктрины, слова, философские системы – ничего больше.

И вот однажды он прибежал к мастеру и сказал:

– Меня больше нет!

И мастер ответил:

– Должен ли я теперь учить тебя методам достижения свободы?

– Я свободен, потому что меня больше нет, – сказал Риндзай. – Некому быть в рабстве. Я только безграничная пустота, ничто.

Только ничто может быть свободным. Представляя собой не «что, вы остаетесь в рабстве. Свободной может быть только пустота, ничем не занятое пространство.

Оно ничем не может быть ограничено. И вот, Риндзай прибежал и сказал:

– Меня больше нет. Нет нигде.

Это была свобода. Впервые он прикоснулся к стопам мастера – впервые! Не в буквальном смысле, потому что много раз раньше он прикасался к стопам мастера. Но мастер сказал:

– Впервые ты прикоснулся к моим стопам.

– Почему ты говоришь «впервые»? – спросил Риндзай. – Я прикасался к твоим стопам много раз.