Мир искусства Надежды Добычиной

Николай I подписал указ о распространении на евреев воинской повинности в 1827 году[3 - 26 августа 1827 года были подписаны Указ Николая I «Об обращении евреев к отправлению рекрутской повинности в натуре, с отменою денежного с них сбора, вместо оной положенного» и «Устав рекрутской повинности и военной службы евреев».] [8 - ПСЗ II. Т. 2. № 1329, 1330. См. подробнее: Локшин А. Е. Евреи в отечественной истории. Очерки по истории и культуре евреев Российской империи, Советского Союза и Российской Федерации. Конец XVIII – начало XXI века.

М.: ИВ РАН, 2021. Ч. 1. C. 76–77.]. Ежегодно еврейские общины должны были рекрутировать по десять здоровых 12-летних подростков с каждой тысячи своих сограждан. Эта норма была выше, чем у христиан, из числа которых в армию брали по семь рекрутов с тысячи человек раз в два года и только по достижении 18-летнего возраста. Военная служба для евреев уподоблялась некой «воспитательной мере» для подавления «фанатизма не поддающейся влиянию народности»[9 - Кандель Ф. Евреи России. Времена и события: история евреев Российской империи // науч. ред. М. Кипнис. Перераб. и расшир. изд. по новейшим исслед. и архивным источникам. М.: Мосты культуры; Иерусалим: Гешарим, 2014.]. Предполагалось, что в казарме еврейский солдат, оторванный от родной среды и принуждаемый командирами, волей-неволей откажется от прежнего образа жизни и в конце концов перейдет в христианство. С 28-летним Шией Фишманом подобного не произошло. Он не брал в рот ничего из солдатской пищи, кроме хлеба, воды и соли, «совершенно игнорируя любое наказание, не пропускал ни одной молитвы, несмотря ни на какие переходы». Со слов отца Добычина рассказывала, что его постоянно сажали в карцер за разные провинности, в том числе из-за того, что он отказывался что-либо делать в субботу, повторяя раз за разом: «Шабес». Ситуация усугублялась тем, что Фишман не знал ни одного слова по-русски, когда попал в армию, и до конца дней своих плохо изъяснялся на неродном ему языке. Его отправили служить в город Орел, куда на втором году отбывания воинской повинности к нему приехала супруга, только что потерявшая первого ребенка и пережившая пожар, в котором погибло все их скромное имущество. Фрейде Гейла всю жизнь считала свой брак мезальянсом. Когда ее выдавали замуж, она уже осталась сиротой и некому было позаботиться о ее интересах. Тем не менее, будучи верной женой и последовав за супругом, она смогла снять угол и подрабатывала мелкой торговлей, чтобы содержать их обоих.