Просветленные не ходят на работу

Ели мы под навесом, который располагался позади храма, в тени деревьев, и помимо меня и брата Пона вилками орудовали двое монахов лет тридцати, обритых наголо и похожих друг на друга, словно братья.

Трапеза прошла в полном молчании.

– Не суетись, – сказал брат Пон, когда я вслед за соседями сделал движение встать. – Пока ты гость, и посуду за тебя помоют…

Я благодарно склонил голову.

– Ты же приехал не просто так, – продолжил монах, изучая меня пронзительными черными глазами, в которых мерцали искорки.

– Вы мне поможете? – спросил я. – Вы тогда… помню… ну, про опасность… полнота еще… и у меня все пошло… ну, наперекосяк… везде, и в личной, и в бизнесе… везде, короче…

Сам понимал, что говорю бессвязно, но язык мой, обычно послушный, в этот раз подводит хозяина.

И неудивительно!

Последние месяцы выдались адски тяжелыми, ведь рухнуло то, что казалось вечным раем, стало ясно, что стабильность и благополучие – всего лишь хрупкая иллюзия, построенная на самообмане.

– Страхи, неуверенность, тревоги, надежды, раздражение на то, что идет не так, – полный ворох тех глупостей, которыми наполняет свою жизнь обычный человек, – сказал брат Пон со смешком. – Я могу изменить твою жизнь, но для этого ты должен перестать быть просто гостем.

– То есть?

– Тебе придется остаться здесь. Провести у нас месяц-другой.

– Но я не могу! – воскликнул я. – У меня дела! Я обещал! И вообще…

– Да, ты набит под горлышко разным мусором, – брат Пон более не улыбался, он смотрел на меня почти свирепо.

– Ну, я не знаю… – я смешался.

Впервые задумался, чего я на самом деле хотел от визита в окрестности Нонгкхая – наставления, скорее всего, как мне направить жизнь в нужное русло, действенных молитв или, может быть, каких-то особых буддийских ритуалов, которые помогут мне выбраться из жизненной ямы… не просто так, а в обмен на щедрое подношение.

– Денег твоих мне не надо, – сказал брат Пон, и я вздрогнул.

Он что, читает мысли?

– Возможность ступить на путь к свободе дается один раз в жизни, – продолжил монах, и его голос прозвучал настойчиво. – Ты должен решить до завтрашнего утра, остаешься или нет. Второго шанса ты не получишь. Даже если ты найдешь дорогу к вату, то меня здесь уже не будет.