Просветленные не ходят на работу

Странно выглядело то, что на голове его имелись волосы, настоящая черная грива, заплетенная в сотни косичек – ведь тем, кто ушел от мира, в буддизме положено бриться наголо.

А затем монах заговорил, и я мигом забыл о его чудной прическе.

– Ничего страшного, – сказал он. – Столкновение пойдет нам на пользу. Обоим.

Язык Шекспира и Черчилля из его уст звучал четко и ясно, без тяжелого акцента, который делает английский среднего тайца неразборчивым до полной абракадабры. Мелькнула мысль, что это должно быть фаранг, чужак, много лет проживший в Стране улыбок и лишь похожий на местного.

– В следующий раз, когда будешь в этих местах, обязательно разыщи меня, – продолжил монах. – Мое имя – брат Пон, и обретаюсь я обычно в вате Тхам Пу, что на берегу Меконга. И я бы на твоем месте не откладывал визит в наши края. Ты переполнен. До опасной степени.

Протянув руку, он осторожно тронул мое предплечье, и от этого прикосновения меня слегка тряхнуло.

– Э, спасибо… – промямлил я, не вникая в смысл того, что мне сказал странный монах.

Сам автобус пока стоял у платформы, но если не поспешить, то он уедет или места закончатся.

Билет мне достался последний и, шлепнувшись на жесткое сиденье, я вздохнул с облегчением. Когда автобус сдвинулся с места, я выглянул в окно, высматривая брата Пона, но его уже и след простыл.

Интересно, что имел в виду этот тип, сказав: «Ты переполнен.

Но тут начали раздавать миграционные карточки, и я выкинул монаха из головы.

Про встречу в Нонгкхае я забыл на следующий день – мало ли с кем столкнешься на дорогах Таиланда?

А вспомнил через три месяца, когда жизнь моя неожиданно покатилась под откос. Для начала я расстался с женщиной, с которой прожил несколько лет и даже называл женой, причем разошлись мы со скандалом, обвиняя друг друга во всех смертных грехах и чуть ли не швыряя в стену тарелки.

Затем на ровном месте возникла ссора с родней в России, докатившаяся до почти полного разрыва, и неприятности делового толка, в результате которых я оказался у разбитого корыта. Люди, которым я доверял, оказались пустыми и ненадежными, а тот бизнес, что кормил меня с прошлого века, что позволил мне перебраться на ПМЖ в Таиланд, обрушился, точно карточный домик, и самые отчаянные усилия не помогли его спасти.