Дневник Безумца

Этот человек стал частым гостем в поместье Маэра, он часто уединялся с хозяином дома в саду и разговаривал на богословские темы.

Генри всего пару раз видел Тодда. Это был тощий, высокий мужчина, с так называемой «козлиной бородкой», и длинным крючкообразным носом с горбинкой. Своим внешним видом он отталкивал многих людей от себя, в частности детей, которые боялись его до смерти, и сочиняли о нем всякие небылицы, не смотря на его доброе сердце и мягкий характер.

У пастора была дочь, одногодка Генри по имени Анжелика.

Её мама, Элизабет, как и Шарлотта умерла, подарив жизнь своему ребенку и едва взглянув на него. Уильямс покинул Англию, потому что все там напоминало ему о покойной супруге. После смерти жены, у него не осталось никого в Англии, потому он покинул родную страну без угрызений совести.

С Анжеликой Генри сразу нашел общий язык, наверное, потому что их судьбы были похожими. Девочка с рыжими волосами, и кучей веснушек на лице была безумно прекрасной в любое время суток.

Бетси иногда называла её « маленький ангелочек», а Генри, шутя, обзывал её рыжеголовой, за что сразу получал подзатыльник.

В тот вечер, когда Генри впервые лицом к лицу столкнулся с неведомым, Анжелика светилась от счастья. Ведь они с Генри не виделись две недели, так как Тодд ездил с проповедями по штату, и, само собой разумеется, дочь сопровождала отца. Дети уже успели соскучиться друг за другом.

– Можно, мы пойдем в сад, погуляем? – Спросила Анжелика у своего отца. Тот переглянулся с мистером Маэрсом, и одобряюще кивнул.

– Только не отходите далеко от дома. – Сказал он, но дети его не услышали. В это время они уже мчались вниз, по ступенькам террасы, весело смеясь.

– Давай поиграем в прятки! – Воскликнула девочка, когда они с другом присели на каменную лавку под большой яблоней.

– Я первый прячусь! – Решил Генри, но, девочка его не поддержала.

– Дамам надо уступать! – Важно выговорила она.

У Анжелики был тяжелый характер… спорить с ней – значит зря потратить время.

Она всегда стояла на своем. Так что даже Тодд не решался вступать с ней в дебаты.

Закрыв глаза, Генри досчитал до десяти. Произнося « Три», он еще слышал шелест платья где – то неподалёку, а потом же все стихло, и только кузнечики своим пением нарушали тишину. Уже почти полностью стемнело, и мальчик решил, что игру в прятки они зря затеяли. Сад ведь огромный, в нем то и днем несложно заблудиться, не говоря уже про ночь.