Антикризисная книга Коммерсантъ'a

И что удивительно: как выясняется, часть этой декорации имеет очень знакомое название – Россия, огромная страна, протянувшаяся от Калининграда до Владивостока.

Впервые в Штаты я попал в 1990 году. Помню, главная мысль, преследовавшая меня на протяжении полутора месяцев, которые я там провел в качестве стажера на американском телевидении, была: «Когда-нибудь же кончится этот вселенский бред?»

Вот, кончился. И что теперь делать? Радоваться? Хорошо ли, что у миллионов сограждан не будет альтернативы рублю, в который, как выясняется, никто не верит, кроме нашего президента, нашего премьера и меня.

А сограждане в Новосибирске или даже Москве записываются в очередь за долларами.

А по мне – лучше бы уж не было никакой альтернативы рублю, потому что русское (не в смысле состава крови) нытье утомило.

Наша книга – это наша борьба и с этим нытьем, и с враньем, и с глупостью, и со стереотипами.

В чем же ее миссия? Правда, и ничего, кроме правды.

Мы собрали в книгу осенние статьи, опубликованные в наиболее авторитетных на рынке деловой информации изданиях: газете «Коммерсантъ» и журналах «Деньги», «Власть», «Секрет фирмы».

Потому как перелом в общественном мнении и реальной экономике произошел именно в эти три месяца, с сентября по ноябрь, то есть осень 2008 года – это переломный момент, начало перехода к новой эпохе в мире и России, возможный лозунг которой – жить по средствам.

Книга наша не прогностическая. Это книга журналистская. Мы не пророки, не политики, не трибуны. Наша задача дать максимально сбалансированную картину мира. Не хочется заслонять сам процесс своими умозаключениями.

Поэтому мы даем читателю возможность самостоятельно пощупать ткань кризиса, почувствовать его не только через авторитетные мнения, которые в книге тоже представлены, но через факты, собранные профессиональными журналистами, работа которых состоит в том, чтобы собирать факты и максимально непредвзято излагать их человечеству.

Причем, обратите внимание: разрозненность и эклектичность фактуры – это видимость. С сентября по декабрь выстраивается впечатляюще ясная драматургия падения общественного, и, соответственно, экономического тонуса.