Преступление из наказания

– Ладно.

Я недовольно покривил лицом и даже потрёпал мочку уха.

Не нравилось мне всё это. И чем дальше, тем больше.

– Будем закругляться… пока… Скажи только: Зам без тебя не возвращался в сортир?

Сынок шумно отработал носом – и напряг память «без отрыва от слёз».

– Хм… Значит, мы с ним умылись, почистились… ну, насколько это было возможно… Потом вышли…

Взгляд его прояснялся с каждым многоточием, и, наконец, прояснился.

– Нет: точно не возвращался… Он вернулся в зал.

– Уверен?

– Сам видел!

Я покосился на Палыча, и тот поморщился: ему этот «внеплановый поворот сюжета» не нравился ещё больше.

– Ну, а ты?

Сынок всхлипнул.

– Я вышел на улицу и сел в отцовскую машину… Водителю сказал, что отец велел отвезти меня домой. И мы поехали… Вот и всё.

– Вот и всё!

Я имел не меньше прав на эту фразу: «ещё одно последнее сказанье – и летопись окончена моя». Я поставил точку в «кратком изложении» показаний сынка, оформленных на бланке протокола допроса подозреваемого, и пододвинул лист «мальчонке».

Тот вздохнул, пробежал глазами «текст рукописи», и перевёл их на меня.

– Ах, да! – спохватился я. – Ты же «первоходка» у нас! Ладно, пиши: «С моих слов записано верно. Мною прочитано. Замечаний и дополнений нет». Поставь дату и распишись.

Перманентно дрожащей рукой сынок «подмахнул» лист, и отодвинул его от себя.

– А теперь ещё один момент, но менее приятный.

Я поморщился и вручил сынку другой лист, только что извлечённый мной из «боевой» – за обилием «шрамов» – «ветеранистой» папки.

Вместе с заинтересованным взглядом Палыч тут же вынырнул из-за плеча сынка.

– «Постановление об избрании меры пресечения», – задрожал губами подследственный.

– И, к сожалению, в виде содержания под стражей, – вопреки заявленному сожалению, лицемерно вздохнул я. «По совокупности» я тут же удостоился благодарного взгляда подполковника, который в очередной раз восхитился тем, что «я – человек». В смысле: «человек слова».

Но восхищаться было нечем: «это мне свойственно!», как пафосно отрекомендовал себя один товарищ. Я пообещал «санкцию» – и исполнил обещанное. Я ведь не обещал «поставить точку», а заодно и «крест» на отпрыске Начюста – как минимум, сразу.

– По дороге в СИЗО тебя завезут на экспертизу.

Не забыв и об этом своём обещании, я протянул Палычу постановление о назначении экспертизы.

– Когда ты всё успеваешь! – хмыкнул подполковник.