Страшное дело. Тайна угрюмого дома

Он сидел теперь в своем кабинете, проглядывая счета, присланные ему из других имений графа. В открытое окно врывался легкий ветерок теплого утра.

Шилов, казалось, был весь поглощен своей работой и потому не сразу даже заметил тихо вошедшего лакея с визитной карточкой на подносе. Машинально взяв у него карточку, Шилов, однако, лишь взглянул на нее, как угрюмое выражение лица его изменилось.

Он вскочил с кресла и, быстро спросив, где этот господин, вышел из кабинета навстречу.

Через минуту Смельский и Шилов пожимали друг другу руки, причем последний повторял:

– Как я рад, что ты приехал, Андрей! Вот удружил! Спасибо.

И, обняв гостя за талию, он ввел его к себе в кабинет.

Смельского главным образом поразил кабинет его старого друга. Все в нем было так роскошно и изящно, что молодой адвокат несколько дольше, чем следовало при первой товарищеской встрече, остановил взоры на некоторых вещах.

Шилов сам придвинул гостю кресло и пустился в расспросы, как он поживает, как устроился.

Движения Шилова были, как заметил Смельский, чересчур отрывисты, слова и тон, несмотря на попытку быть любезным, деланны, а лицо исхудало и бледно, только и жили на нем своим обычным красивым блеском таинственные темные глаза, знакомые Смельскому еще с университетской скамьи.

– Что с тобой? – спросил он.?– Ты как будто нездоров, похудел, побледнел?

Тень пробежала по лицу Шилова, и оно сделалось еще мрачнее, и еще угрюмее блеснули его глаза.

– А, много неприятностей! – махнул он рукой.?– И не только неприятности, даже целая беда, брат, стряслась со мною.

– Что такое? Какая беда?

Шилов изобразил на лице нерешительность, казалось, он раздумывал, рассказать другу про эту беду или умолчать.

Но вот сверкнула улыбка – тоже странная, тоже немного мрачная, и он решился.

– Да неужели ты не читал в газетах?

– Когда?

– Сегодня, вчера!

– Что?… Нет, я вот уже три дня не видел газет, я занят был совсем другим, у меня тоже, хотя и косвенно, но тоже неприятное дело… с родственницей моей невесты.

– Да, Смельский,?– мрачно ответил Шилов,?– даже чересчур выдающееся… Вот погляди.?– Он раскрыл рубашку, где виднелась забинтованная грудь, а потом показал и порезы на руках, залепленные пластырями.

– Да! Да! Я и хотел спросить тебя, что это значит…

Шилов подробно рассказал о нападении на него в парке и в заключение назвал фамилию преступника.