1945: Черчилль+Трумэн+Гиммлер против Сталина. Книга вторая

Тот распоряжается в Южной Германии, распустил слух о смерти фюрера, вдобавок «обозвав» его Гитлером, и намерен запросить союзников об условиях мира.

Челюсть фюрера, и без того всё последнее время пребывавшая в крайней нижней точке, «изыскала резервы» для отвисания. Ему и так уже слова давались с трудом, а сейчас не дались вовсе. И Геббельс мужественно пришёл на помощь.

– Лучше пролить кровь этой свиньи, чем терпеть такое вероломство, мой фюрер!

Это был здоровый взгляд на предмет, и он немедленно оздоровил фюрера.

– Что Вы предлагаете, Геббельс?

– Я…

Внести предложение рейхсминистр не успел: в кабинет тенью просочился Борман.

– Эта каналья прислала телеграмму! – с порога «взорвался» он.

– Читали уже! – поморщился Гитлер.

– Как и Вам, рейхслейтер – тоже?!

Геббельс неожиданно отработал не в унисон с фюрером. Взаимное удивление рейхсминистра и рейхслейтера лишь подчёркивало и усиливало интригу: зачем Риббентропу дублировать телеграмму в адрес фюрера ещё и телеграммой в адрес его секретаря?!

– Новые подробности? – подсказал выход Геббельс.

Борман растерянно мял в руках телеграмму.

– Давайте! – подрожал рукой фюрер.

Рейхслейтер бережно вложил бумажку в вялую ладонь Гитлера.

– Очки!

Презрев статус и колченогость, Геббельс мастерски отработал за Линге. По сути, они с ним оба были камердинерами: один – классический, другой – политический.

Фюрер пристроил очки к глазам – и бумажка выпала у него из рук. Фюрер опять лишился дара речи. Всё, что он мог делать, это страшно выпучивать глаза.

Геббельс оперативно побледнел за двоих.

– Разрешите, мой фюрер?

Не дождавшись разрешения, рейхсминистр пристроился к телеграмме. Буквы заплясали у него перед глазами: «Мой фюрер, согласны ли Вы с тем, чтобы после Вашего решения остаться в берлинской крепости, я в соответствии с Вашим приказом от 29 июня 1941года, как Ваш заместитель, немедленно принял бы общее руководство рейхом с правом полной свободы действий внутри и вовне? Если до 22 часов не последует ответа, я буду считать, что Вы предоставляете мне свободу действий».

– Боже, мой! – художественно дрожа телеграммой, простонал Геббельс. – Какое свинство!

– Что будем делать?

Всё ещё вращая глазами, фюрер ткнул дрожащим пальцем в рейхсминистра.

– Что будем делать? – догадался рейхслейтер, переключая взгляд – как «переводя стрелки» – на Геббельса..

Рейхсминистр сокрушённо покачал головой.

– Мы с фюрером уже начали понемногу набрасывать план мероприятий.