Запах соли, крики птиц

Надо поговорить с продюсерами, чтобы их с Тиной поменяли местами. Это уж всяко не соответствует его имиджу.

Словно в ответ на его мысли, из распахивающейся в обе стороны двери вновь появилась Тина. Она прислонилась к стене, сняла туфли и закурила сигарету.

– Хочешь? – Тина протянула ему пачку.

– Да, блин, – ответил Калле и тоже прислонился к стене.

– Нам ведь нельзя тут курить? – спросила Тина, выпустив кольцо дыма.

– Да, – снова отозвался он и выпустил кольцо, устремившееся следом.

– Что ты думаешь насчет сегодняшнего вечера? – Она посмотрела на него.

– Ты имеешь в виду дискотеку, или как они это там, блин, называют?

– Именно. – Тина засмеялась. – Думаю, я не бывала на «диско» с середины школы. – Она немного пошевелила пальцами ног, болевшими от того, что они в течение нескольких часов были сжаты туфлями на высоком каблуке.

– А, ежу ясно, там будет прикольно. Ведь бал правим мы. Народ соберется ради нас. Разве может получиться не прикольно?

– Да, я, во всяком случае, собираюсь попросить Фредрика устроить так, чтобы мне дали спеть.

Калле захохотал.

– Ты чего, серьезно?

– А ты думаешь, я полезла в это дело из-за того, что тут так классно? – Тина посмотрела на него с обидой. – Мне надо ловить момент. Я несколько месяцев брала уроки пения, и после «Бара» записывающие конторы прямо с ума посходили.

– Так у тебя уже есть контакты в музыкальном мире? – подзадорил ее Калле, глубоко затягиваясь.

– Нет… Все как бы сорвалось. Но мой менеджер говорит, что всему виной был тайминг.

Нам надо найти крутую мелодию, чтобы создать мне имидж. А еще он попробует устроить, чтобы меня пофоткал Бинго Ример[16 - Бинго Ример (р. 1975) – известный шведский фотограф.].

– Тебя? – дико захохотал Калле. – Знаешь, тогда, пожалуй, у Барби больше шансов… У тебя же нет таких… – он скользнул взглядом по ее телу, – достоинств.

– Что? Да у меня не менее красивое тело, чем у этой чертовой куклы. Только сиськи чуть поменьше. – Тина бросила сигарету на пол и сердито загасила ее каблуком туфли, которую держала в руке.

 – Но я коплю деньги на новую грудь, – добавила она, с вызовом глядя на Калле. – Еще десять тысяч крон, и я смогу заполучить классную чашечку Д.

– Ну, успехов, – сказал Калле и тоже раздавил сигарету на полу.

Именно в этот момент вернулся Гюнтер. Его лицо, уже и так раскрасневшееся на кухне от горячих паров, покраснело еще больше.

– Вы здесь курите! Это запрещено, абсолютно запрещено, совершенно запрещено.