Запах соли, крики птиц

– Он когда-либо применял против нее физическую силу?

– Нет, – с сомнением произнесла Керстин и вновь с беспокойством взглянула на дверь Софи. – Вообще-то смотря что считать применением силы. Думаю, бить он ее никогда не бил, но мне известно, что в некоторых случаях хватал за руки, отпихивал, ну и вроде того.

– А как им удалось договориться относительно Софи?

– Это как раз одна из тех вещей, по поводу которых они поначалу много ругались. Марит сразу переехала ко мне, и хотя прямо о наших отношениях не говорилось, он, вероятно, догадывался.

– Но потом все устроилось? – спросил Мартин.

– Да, слава богу, в этом вопросе Марит стояла на своем, и он под конец понял, что сопротивляться бесполезно. Она стала угрожать, что заявит во все возможные инстанции, и Ула уступил. Однако его никогда особо не радовало то, что Софи приходит сюда.

– А Марит кому-нибудь рассказывала о том, какие у вас были отношения?

– Нет. – Керстин решительно замотала головой. – Тут она проявляла страшное упрямство. Считала, что это никого, кроме нас, не касается. Не хотела говорить даже Софи. – Керстин улыбнулась и снова покачала головой, правда, значительно медленнее. – Хотя Софи оказалась сообразительнее, чем думала Марит. Она сегодня рассказала, что ни на секунду не попалась на наши уловки и попытки все скрыть. Господи, мы перетаскивали пожитки и пытались потихоньку целоваться на кухне, как последние школьницы.

Потом она вновь посерьезнела.

– Но мне тем не менее трудно поверить в то, что Ула имеет отношение к смерти Марит. Ведь сильнее всего они ругались довольно давно, и… ну, не знаю. Просто это кажется невероятным.

– А у вас нет никаких предположений относительно того, кто мог писать письма и звонить? Она не говорила о том, что кто-нибудь из покупателей магазина вел себя странно, или о чем-либо подобном?

Керстин долго и обстоятельно думала, но потом медленно помотала головой.

– Нет, я ничего не могу припомнить. Может, тут вам повезет больше. – Она кивнула в сторону кучи писем.

– Да, будем надеяться, – сказал Патрик, аккуратно засовывая послания обратно в пакет. Они с Мартином встали. – Значит, мы можем это забрать?

– Да, черт возьми, я не желаю их больше видеть.