Железный крест

В Танумсхеде не так уж много мест, куда можно пойти, поэтому они просто сидели, курили и болтали.

– Слышали про этого старого идиота в Фьельбаке? – Никке глубоко затянулся, захохотал и закашлялся. – Не иначе, твой дед с его приятелями руку приложили.

Ванесса фыркнула.

– Брось, – мрачно, но не без гордости сказал Пер. – Дед к этому никакого отношения не имеет. Станет он рисковать тюрьмой из-за какого-то старого пня! У «Друзей Швеции» другие цели.

– А ты с ним поговорил? Нам разрешат прийти на собрание? – Никке перестал смеяться.

– Пока нет… – неохотно ответил Пер.

У него был особый статус: он приходился внуком самому Францу Рингхольму. Как-то он в минуту слабости пообещал приятелям, что попробует провести их на собрание «Друзей Швеции» в Уддевалле, но не знал, как дед отреагирует на такую просьбу. Вернее, не то чтобы не знал. Он был почти уверен, что скажет дед. Вы слишком молоды, нужно еще не меньше двух лет, чтобы вы могли развиться и реализовать свой, как дед любил выражаться, «потенциал».

Пер не понимал, что он имеет в виду. Развиться? Они понимали все ничуть не хуже старших. Чего тут не понять?

И это ему очень нравилось. Простота. Черное и белое, никаких серых нюансов, никаких лазеек, никаких уловок. Перу было совершенно чуждо стремление многих запутать ситуацию, заболтать… Он терпеть не мог все эти скользкие рассуждения: «С одной стороны… с другой стороны…» Все до крайности просто. Есть мы, и есть они. Вот и все. Мы и они. Они и мы.

И если бы они держались на своем краю и занимались своим делом, никаких проблем бы и не было. Но «они» претендовали на «наше». Им не нравились границы, очевидные даже полному идиоту. Любому зрячему понятно: белый и желтый. Белый и коричневый. Белый и иссиня-черный, эти вообще из каких-то самых диких африканских джунглей. Но даже эту простую истину умудрились запутать, смешать в одну сплошную кашу.

Он посмотрел на приятелей. Интересно, а у них что за наследство? Мало ли с кем могла переспать какая-нибудь проститутка из их предков… Может, у них тоже нечистая кровь… Пер вздрогнул.

Никке смотрел на него вопросительно.

– Ты что, Пер? У тебя такой вид, словно ты лягушку проглотил.

– Да нет, ничего, – усмехнулся Пер. С чего это он начал всех подозревать?

Он погасил сигарету.

– Пошли выпьем кофе.

И, не оглядываясь, двинулся в сторону школы. Знал, что они последуют за ним.

Вспомнил убитого старика и пожал плечами.