Менталист

– То есть я должна ее запомнить? – раздраженно переспросила она.

Ответом ей был мрачный взгляд. Младший брат придавал фокусам очень серьезное значение.

– Теперь ты, мама. – Он протянул колоду маме. – Перемешай и вытащи любую карту.

Мама сосредоточенно перемешала колоду и вытащила одну карту.

– Ты ведь выбрала первую попавшуюся? – спросил брат и посмотрел на маму так, будто хотел просканировать ее насквозь.

– Да. – Та уверенно кивнула и изогнула одну бровь, стараясь выглядеть серьезной. А Яне была готова лопнуть от смеха.

– Ну, что же… – Брат повернулся к Яне: – Не соблаговолит ли фрёкен открыть нам, какую карту она вытащила?

– За фрёкен ты еще получишь, – пробормотала Яне и громко вздохнула. – Я вытащила восьмерку треф.

– А что держит в руке достопочтенная фру?

Он повернулся к маме, и та показала карту.

Восьмерка треф.

– Черт… – Яне рассмеялась.

– Яне! – строго оборвала ее мама.

Похоже, на этот раз братец ее надул. Это было необычно, но Яне на него не обижалась.

Она, может, и смогла бы понять, в чем тут дело, но не чувствовала ни малейшего желания напрягать мозги. Только не сегодня. Брат поклонился, и они с мамой бешено зааплодировали. Каждый раз все заканчивалось именно так.

Все как и должно быть, но Яне чувствовала, что больше не выдержит. Что это лето должно все изменить. Она еще расскажет маме, что не останется здесь ни дня, когда закончатся каникулы. Что ее жизнь станет другой. И мама, конечно же, обо всем скоро узнает. Совсем скоро.

* * *

Винсент наклонился и еще раз пригляделся к шнурку на левом ботинке.

Раньше он не был таким беспечным, но сегодня собраться с мыслями никак не получалось. Винсент снял с вешалки куртку.

– Думаешь, мне и в самом деле стоит сходить туда одной? – спросила из кухни Мария.

Она сидела за столом над книгой по методике социологических исследований.

Как ни зубрила Мария социологию, никак не могла перейти на ты с этой наукой. Только хваталась за голову – «надо же, я думала, это про людей…» Но на этот раз ее, похоже, заботило что-то другое.

Винсент почувствовал, как в желудке растет холодный ком.

– Ты же знал, что через месяц папе семьдесят. Для «мастера-менталиста» ты на удивление невнимателен. Сейчас же позвони Умберто и отмени шоу. До этого еще целый месяц, так что проблем, думаю, не возникнет.

Винсент повернулся и посмотрел на жену. Мария сжимала в руках чайную чашку – так, что побелели костяшки. Еще немного – и он успел бы выйти за дверь.