Оружейники: Aftermath: Зверь из Бездны. Из глубин. Беглец/Бродяга

Утром я не решился обнаглеть до такой степени, чтобы покуситься на святыню, а он, глядите-ка, не пожалел!

– Что, так и будешь держать своего старика на пороге? – недовольно буркнул отец, когда я соизволил открыть дверь и обалдело уставился на визитера. – Челюсть подбери, перед людьми стыдно.

– Входите уже, папенька, – сориентировался я. – Чувствуйте себя как дома.

– Это вряд ли, – хмыкнул гость, осмотревшись. – Бардак ты еще не успел развести.

– Это когда же я таким отличался?

– Всегда, сын.

– Кэп с Грегом нажаловались? – предположил я, рухнув на диван и приглушив телевизор. – Располагайся, кстати.

– Сейчас… стаканы у тебя где?

– Без понятия. В столовой, должно быть.

– Да, точно… а ты пока подумай над своим поведением! – крикнул папенька из закутка, которому я незаслуженно присвоил столь высокое звание. – Ненавижу типовые клетушки! Ничего не найдешь… а, вот оно…

Хозяйственный какой… кстати, а что не так с моим поведением?.

Именно этот вопрос я первым делом и озвучил, когда отец вернулся в зал и устроился в кресле, которое не поленился подтащить к дивану поближе.

– Смотри-ка, не повелся! – с веселым изумлением отметил в ответ папенька, одарив меня стаканом. – Все-таки правы Грег с Михой, повзрослел ты. Жаль, что еще не совсем, детство до сих пор в одном месте играет.

– Свербит, ты хотел сказать?

– Вот-вот.

– Так чего ты хотел-то? – вернул я беседу в конструктивное русло.

Ну его на фиг, Виктора Андреевича дразнить, особенно когда тот в настроении. Можно погрязнуть в бесконечной пикировке вплоть до утра, а у меня еще дел полно.

– Поговорить. Расставить все точки над «ё». Понять, наконец, чего от тебя ждать.

– А до сих пор не понял?

– Представь себе, нет, – спокойно признал папенька, свернув заветной бутылке голову. – Подставляй емкость… раньше я думал, что хорошо изучил собственного сына, но ты с каждым днем раскрываешься с новой стороны, проявляются все новые и новые грани твоего…

– Таланта?

– Авантюризма, балбес! Все, забирай, больше не налью.

– А что это? – подозрительно принюхался я.

– Особая настойка для особых случаев. Старинный семейный рецепт Смальковых, производится в строго ограниченных количествах, потребляется исключительно с благословения главы рода.