Под неусыпным надзором

Внимание Юэна привлекли награды за писательские труды Себа за последнее десятилетие, блеск и сияние стекла и металла. Его глаза сузились, выражая самую крайнюю степень неудовольствия. Под полкой с наградами пестрели разноцветными обложками первые издания произведений Себа, а также их переводы на иностранные языки, собранные из более чем тридцати стран.

– Да, очень мило. – Юэн кивнул, как будто доказывая что-то самому себе. – Очень, очень мило, действительно.

Дом вызвал у Юэна чувство обиды. Вероятно, он ожидал, что Себ поставил свою жизнь на паузу или окончательно загубил ее за прошедшие три десятилетия, как сделал он сам.

Но почему он появился именно сейчас, почему не десять лет назад, когда писательская карьера Себа круто шла вверх?

Юэн шлепнулся на диван, как неуклюжий подросток. Раздался громкий хруст: то ли сломалось что-то внутри дивана, то ли хрустнули половицы под ковриком.

Себ дернулся, словно заклятие, которое заставляло его подчиняться, было снято.

– Осторожнее! Христа ради!

– Ой, – Юэн снова захихикал.

Злость захлестнула Себа, словно горячая желчь. Теперь слишком поздно. Он проник внутрь. Он уже внутри.

Но при виде этих долговязых конечностей, по-хозяйски небрежно раскинувшихся на его диване, ярость сменилась страхом. Некогда синие, джинсы Юэна давно почернели от грязи. Носы стоптанных ботинок треснули, подошва практически сточилась из-за долгих бессмысленных шатаний хозяина.

Куртка лоснилась от пятен, в нескольких местах она была порвана, первоначальный цвет ее уже невозможно было угадать.

Судя по всему, Юэн не собирался снимать верхнюю одежду, и Себ был ему за это благодарен. Возможно, это предполагало краткость его визита.

– Зачем ты здесь?

– Спешишь. Не нужно. Всему свое время. Неужели не предложишь мне выпить?

В словах Юэна многое было непонятно. Это означало, что он не собирался говорить больше, чем успел сказать с момента своего появления.

– Давай. Выпей со старым другом. Сто лет ведь не виделись.

Только посмотри на себя – автор бестселлеров! Чувствую, здесь попахивает одним из этих воскресных журнальчиков.

Он вновь оглядел комнату, покачивая головой, как бы в раздраженном отчаянии, подтверждающем его наихудшие опасения. Себ ничего не понимал. Но он знал, что Юэн хитер. Сводящая с ума, жгучая ревность сжигала его. Эти симптомы были ему хорошо знакомы, и не только из-за Джули.

– Одна порция. Объяснение. Затем ты должен уйти.