Maгазин закрывается

Пять молодых блестящих сунгуриков посадили в коробочку, коробочку поставили в машину, и довольная Жанна покатила в магазин. По дороге она заскочила еще в пару мест, и в общем моталась по городу часика три. День был жаркий, машина на парковках раскалялась… Приезжает Жанна в магазин, открывает коробку – а хомяки все дохлые. Жанна снова отправилась к Лидии, повинилась во всем и надеялась выпросить еще хотя бы троих, но сумасшедшая Лидия больше никогда не отдавала нам своих хомяков.

Второй хитовый товар в зоомагазине – волнистые попугайчики.

Когда-то и я хотела завести себе птичку, пока не начала их продавать. В магазине одновременно сидят не меньше двадцати птиц, и целый день они орут настолько громко, что голова начинает болеть. Я умоляла их замолчать, я им командовала «Фу!», но в стаде попугаи неуправляемы.

На каждого попугая прилагается тот же набор причиндалов, что и на хомяка. Приличные клетки стоят несколько тысяч рублей, так что все попугайское приданое спокойно может в десять раз превышать его стоимость.

Волнистый – тоже спонтанная покупка. Поэтому их часто покупают на ночь глядя. Регулярно, под вечер, минут за двадцать, а то и меньше, до закрытия ко мне врываются люди и срочно требуют попугаев. Так и говорят: «Нам срочно нужен попугайчик!» Весь день гадали, чего им не хватает в этой жизни для полного счастья, а к вечеру дошло – нужна птичка.

Попугаи тоже, как и хомяки, в приличном зоомагазине должны быть всегда, поэтому примерно раз в месяц под покровом ночи я отправлялась за попугаями.

Поставщики были с юга, они проезжали наш город транзитом, по пути на большой Московский птичий рынок. Я встречалась с ними на заправке на Ростовском шоссе. Это была настоящая попугайская мафия, они скупали всю птицу на юге и каждую неделю набивали полную машину разными попугаями.

Наши встречи проходили часа в три ночи. Я парковалась рядом с их машиной. Они открывали багажник, светили фонариком, доставали мой заказ. Я быстро заворачивала птиц в одеяло и прятала к себе, мы пересчитывали деньги и прощались.

Все происходило в темноте, на трассе, рядом с мотелем, армянским рестораном и стоянкой дальнобойщиков. В былые времена тут назначались бандитские стрелки, так что я тоже чувствовала себя немного контрабандисткой.

Мои южные попугаи отличались от тех, которые продавались в городе. Они были ярких расцветок, как пасхальные яйца, поэтому я загоняла их по спекулятивной цене. Это покрывало убытки, неминуемые в таких делах.