Долг

Его папа любит, он единственный сын! В конце концов, у отца всегда есть деньги! Он же, как Кощей, над своим златом чахнет! Надо было угрозами забрать золото и вообще забыть о его существовании! А так он сделал всем только хуже.

Только не смей плакать! Не смей! Тут же отвернула лицо и начала корить себя за несдержанность. Хорошо, что никого рядом нет. Наверное, за такой тон убили бы давно. Виер этот молодой ещё, видимо не понимает, что к чему. Вот и лезет с расспросами.

– Я сам не знаю, почему он тебя взял, – осторожно начал ликан.

 – Может, посчитал, что это будет равноценный обмен. А может, у него какой-то другой план на твой счёт, но поверь, Богдана, он забрал тебя из плохой семьи…

– Я собиралась на неделе сбежать! – не выдержала я его жалостливого тона и расплакалась. – Думаешь, я такая дура, что ничего не понимаю?! Лорд! Деду меня какому-нибудь также продал бы, и дело с концом. Просто не знала, куда бежать!

Быстро схватилась за лицо. Вытерла горячие ручьи и заговорила куда тише:

– Он убьёт меня?

Начала глубоко дышать, пытаясь унять себя.

«Не плачь. Лучше тебе станет, но ненадолго!» – твердила я себе. А они все… не должны вообще ничего видеть. Виер этот… довёл-таки меня. Ненавижу ликанов.

– Что? – переспросил парень. – Зачем ему убивать тебя?

– Чтобы отцу как-то досадить, – утёрла нос.

– Ты же сама сказала, что ему плевать на тебя, – напомнил Виер. – Разве нет?

– А что тогда? – покачала я головой. – Неужели перепродаст…

– Вряд ли. Лорин не торговец, – уверенно заявил Виер.

 – Думаю, он оставит тебя у себя в доме. На крайний случай отдаст кому-нибудь из нас.

Услышав это, медленно закрыла глаза. «На крайний случай отдаст кому-нибудь из нас», – впечаталось в моём мозгу. Отдаст. Как кота. Он мне надоел, возьми себе. Будто я сидела в грязи, а это фразой меня просто макнули лицом в самую жижу и поелозили…

– Рада это слышать, – из последних сил выдавила из себя, – но не кажется ли тебе, что он продешевил?

– В смысле?

Я вновь усмехнулась.

– Не знаю, сколько задолжал отец, но, по-моему, я этого не стою.

Хотелось отмыться от всей грязи. Просто смыть с себя этот позор. О, Морана, забери меня в свои холодные объятия и никогда не отпускай. Интересно, эти Богини слышат меня вообще? Смеются, наверное, и смотрят, смотрят…

– Для начала – ты не таверная подстилка, а из знатного рода, у тебя словно на лице печать высокородия стоит, – воодушевлённо поддался ко мне ликан. – Это уже поднимает твою цену во много раз.