Долг

– Я не знаю, – пожала плечами и приподняла в руке бумагу со сладостью. – Вот это и всё.

Много это для них или мало? Ну, тут штук тридцать ещё лежит. Для меня этого много. А для них не знаю.

– Что это вы тут пробуете? – раздалось уже с другой стороны.

Это был русый парень, с которым я ночью «беседовала». Они нас обступили со всех сторон. Моя растерянность зашкалила. Я сидела и не знала, что сделать.

– Угощайтесь, – выдохнула я, протягивая конверт уже в другую сторону.

Парень подарил мне широкую улыбку и взял несколько штук.

Другой мужчина шатен почти сразу же забрал у парня одну. Причём они не сопротивлялись. Забрал и забрал, словно так и должно быть. Я не жадная, но я бы хотя бы возмутилась. А эти… Может, братья? Хотя, это хуже. Я бы Авдея убила, если бы он у меня сладости отбирал. Обиды на неделю было бы.

– Надо было у вас в городе его купить, – усмехнулся Морик, вновь «угощаясь» и передавая своему брюнетистому другу долю. – Оно мешками продаётся?

Печенье-то?! Мешками?! Это же… успокойся.

Просто не принимай всё всерьёз!

– Нет, пачками или штучно, – чуть подёрнула я уголки губ в неком подобии улыбки, – но много есть нельзя, живот может заболеть.

Не жадничаю, просто по себе знаю. Объелась его так по началу, пару дней рвало.

– У нас не заболит, – раздалось с другой стороны, и несколько печенюшек исчезли из общей кучи. – Ладно, ты убери его на потом, а то мы сейчас всё сожрём.

Дважды просить не пришлось. Завернула жёсткую бумагу в несколько слоёв и спрятала на дно сумки.

Надо было втихаря есть. И что значит «на потом»? То есть они захотят его съесть потом?! Или он так обо мне заботится? Разумеется, первое, тут и думать нечего.

– Лорин, на, попробуй, – русый паренёк сунул последнюю чёрную сладкую «монетку» впередисидящему рабовладельцу.

А кто он? Купил человека, значит, владеет рабом. Раб. Фу, как-звучит-то. А рабыня, как отдельный подвид куртизанок. Дёрнула головой, прогоняя страшные мысли.

Лорин колебался, но подаяние принял. Мне стало как-то неловко.

Уверена, что из моих бы рук он не взял ничего. И так смотрит на меня, как на кусок грязи. Касаться его так и не хотелось.

Сделав из фляжки несколько глотков, подняла голову вверх. Небо. Для всех голубое. Вот бы оказаться далеко-далеко отсюда… и нежиться в кроватке, кушать пищу вилкой и ножом, пользоваться салфетками и ходить в нормальный туалет… Мечты.

Часа через три я устала. Боролась с желанием завалиться на здоровую спину Лорина и заснуть мёртвым сном.