Долг

 – Странно пахнет она как-то…

Все сразу понимали, кто я. А он нет?

– Так, человек, – пожала плечами Уила. – Новости не слыхал, что ли?

Мужчина тут же изменился в лице и с улыбкой окинул меня ещё раз. Удивлены?

– Да, слыхал я, слыхал! – отмахнулся Вур. – Запах мяса всё перебил. Это Богдана, кажется?

О, он знает моё имя. Отлично! Что за город?! В нашем можно было год прожить и с соседями не знаться, а тут пара дней, и незнакомый торговец всё уже знает обо мне! Может, я всё-таки умерла и это – странный другой мир, куда меня отправили отбывать своё наказание? Надо подумать об этом сегодня…

– Она самая, – кивнула женщина, расплачиваясь с мужчиной.

Дама погрозила торговцу шутливо кулаком и взяла корзину в руку.

– Здравствуйте, – запоздало выдала я.

– Привет, – сдерживая улыбку, ответил он.

Уила пошла дальше, а я, чуть замешкавшись, посеменила следом. И зачем поздоровалась с ним в самом конце? Дура.

Потом пошли по овощным лавкам.

Кухарка взяла пару головок лука и помидору большую.

– Бери всегда понемногу, чтобы овощи не успевали дома испортиться, – поясняла женщина. – Лучше ходить каждое утро, чем готовить из испорченного.

Я соглашалась.

– Давайте я понесу, – предложила я, когда мы направились в сторону дома.

Та удивлённо поглядела на меня. Я захлопала глазами.

– Зачем? – не поняла она, поправляя выбившуюся прядь из причёски. – Гуляй, пока есть время, потом натаскаешься ещё.

Это было неправильно. В её чёрных волосах было много седины, на солнце виднелись морщинки, одолевшие её лицо. Мне хотелось ей помочь. У пожилых людей болят суставы, руки и ноги. Всё это знаю от Марфы. Она женщина взрослая была, я ей помогала, да и остальные поварихи молодостью не блистали… да и отблагодарить её как-то хотелось, ведь её уволят из-за меня.

– Я вам помочь хочу, – пожала осторожно плечами.

Та хитро прищурилась и всунула корзину мне в руки. Явно удивлённая, но спорить она не стала, видимо действительно тяжело. Но… я бы не сказала, что корзина была сильно увесистой. Непривычно, но шла я ровно.

– Всем бы молодым твоего смирения, – протянула Уила, глубоко вздыхая. – Не город, а рай был бы.

Я не смиренная. Далеко не такая. Вежливая и трусливая. Поэтому я сначала думаю, прежде чем говорить.