Дар тьмы

– Леся прекрати, хватит над ними издеваться. Позволь мне забрать их, тебе же тут ничего не угрожает, зачем тебе мои собаки? – с мольбой в голосе сказал он, в надежде достучаться до нее. Ведь он принес ей такие хорошие новости, он наконец нашел девчонку… Леся перевела взгляд со скулившей собаки на Юрия и все его тело пронзила жгучая боль. Он упал на пол, задыхаясь, не в силах даже закричать.

– Не смей указывать мне что делать— ледяным тоном сказала она, после чего отвела взгляд и его боль сразу утихла. Он встал на колени и с трудом поднялся на ноги.

– Леся, дорогая, скажи мне, что опять не так? Почему ты так отреагировала, когда я сказал, что скоро выследим девчонку и привезем ее тебе? Ведь до этого все же было хорошо – спросил он, не понимая отчего она вдруг так разозлилась.

– Не надо везти девку сюда. Просто убейте ее – холодно ответила она – Она сейчас намного сильнее меня, и я с ней не справлюсь. Если ты привезешь ее сюда, то ты погубишь меня. А вот если вы ее убьете, то вся моя сила вернется обратно ко мне, и мы наконец заживем с тобой счастливо, как и раньше, и я снова пущу тебя в свою постель.

Ты же ведь жаждешь этого? – спросила она, глядя ему в глаза, и он вновь почувствовал нестерпимое желание обладать этой великолепной женщиной. – И да, тогда я отдам тебе твоих шавок. Мне они станут уже без надобности.

– Леся, любимая, ты только не подумай, я не собираюсь тебе перечить, просто… – он сделал паузу и совсем тихо добавил – Я не смогу никого убить, и приказать своим людям убить 18-летнюю девочку я тоже не смогу.

Я думал ты хочешь просто с ней поговорить и вернуть себе то, что она забрала. Она же твоя родная внучка, как же так…

Леся с легким презрением посмотрела на него и поняла, что он прав. Он всегда был трусом и всего боялся, дорогу наверх ему всегда пробивала она, общаясь с нужными людьми и вкладывая в их головы нужные мысли. А он вечно трясся и твердил что ничего не выйдет, и если она и дальше будет продолжать в том же духе, то все всё вспомнят, поймут, догадаются и тогда его точно посадят.

Она, конечно, могла бы сейчас сломать его окончательно и заставить самолично убить девку, на это сил бы у нее хватило, но он бы возненавидел ее еще сильнее за это, а справляться с его ненавистью ей и так становилось все сложнее.

– Пришли мне тех двоих, что полгода жили у бабки в деревне. Я так понимаю, что это отребье никому не нужно, раз они полгода жили в каком-то захолустье – сказала она тоном, не терпящим возражений.