Галактика Стервочек. Часть Вторая

И по удивительно красивой и точной траектории, на предельной скорости истребитель полупикировал в центр косяка!

Судорожно всполошились все эскортники и авиакрейсера поздно! Стало очевидно: в атмосфере неотвратимо повисло несокрушимое уже ничем ощущение сиюминутной победы и подвига: Победы одного такого неприметного виду, паренька.

В сей момент Диман и посмотрел на самолёт ведомого. На бомбоносе безошибочно сработало устройство имитации поражения ему уже ничего другого не оставалось, как отвалить в сторону запасного аэродрома.

Нитоль и не собирался больше никуда откланяться, ибо потерял уже всякий интерес ко всему – Марию – его прекрасная полубогиня, позволив ему выполнять свои обязанности перед страной и народом, снова заполнила собой его мысли до отказа!

Подглава 3.

После того как тяжёлые парадные ворота «Кедрового Бора» закрылись за чёрным лимузином Вольгии – Нитоль на руках внёс свою Марию, свою Марьюшку, свою – самую, самую, самую, в терем. И каждая деревяшка мозаичного паркета, каждый камешек фундамента быстро впитали в себя ту сказочную нежность с какой волшебные, в силу того, что безоглядно влюблённые, молодые тела соприкасались друг с другом.

Стены зданий умеют хранить молчание, но их память куда глубже памяти людей. Они умеют хранить в трещинах, каменных морщинах самое главное, то, что почему-то весьма часто выпадает из сознания людей: их искренние чувства друг к другу! Духом человеческих отношений они и живут: и радуются, и грустят, и плачут, улавливают оттенки человеческих настроений. Вот почему, по какой причине некоторые из них рушатся сразу, иные же стоят тысячелетиями!

Сколько раз Кедровый Бор – то ли палаццо для царицы, то ли загородный особняк для короля, восторженно распахивал все двери перед двумя такими же влюблёнными, как ласково прогибались вместе с настилом пола его плиты, до чего ликовали от того что могут соприкоснуться с изумительным шёлком кожи округлой попочки Вольгии, когда она в кричащем любовном угаре то и дело вылетала за пределы кровати.