Виртуальная афера, или меньше полугода

А на всё остальное Колюшин внимания вообще не обращал – всё равно шансов практически нет. Также толку мало стало от Торговли. С нейтральным отношением тебя вообще продавцы слушать не станут, если торговаться начнёшь. Но это ладно, пережить можно. Хорошо ещё штраф на характеристики и опыт не наложили. Колюшин скрипнул зубами от бессилия (так хотелось этим разработчикам что-нибудь написать в ответ; что-нибудь пожестче и со всеми эмоциями, что накопились за эти 15 минут) и вновь помчался за саламандрой. Всё равно штраф наложили, чтож делать?

В это время саламандра забежала за угол.

Юра за ней еле поспевал. Куда, интересно, она бежит?

В конце концов, та юркнула в один из сеновалов и остановилась. В виртуальном мире не было одышки, была только шкала бодрости. Но когда Колюшин вбежал, сердце у него колотилось как бешеное. Впервые с ним такое за четыре дня. Вероятно, понимая, что он бежит, тело и в реальном мире задышало чаще. Но это только догадка.

– Ну и чего? Ты его отсюда что ли достала? – слегка отдышавшись, спросил парень.

Ответа не последовало.

Юра вздохнул и принялся копаться в сене. Возможно, ящерица привела его сюда, потому что тут есть что-то ещё, побольше и потяжелее, что она не смогла унести. Но ни одна из способностей Наблюдательности не помогла.

Саламандра поглядела на него несколько секунд, затем покачала головой и полезла на своего хозяина. Вначале на ногу, потом – на спину, и, в конце концов, улеглась на его плече.

– Не понимаю! – возмущался Юра. – По сути, в Наблюдательность можно было вложить Видеть сквозь предметы.

А это, Видеть невидимое, что за никчемная способность? Да, я могу видеть невидимок или заколдованные предметы, или двери в тайники под скрывающем заклинанием, или истинные характеристики, но в борьбе с мобами или в такой ситуации она бесполезна! Просто бессмысленная… ай! – саламандра укусила Колюшина за мочку уха. Не больно, но неожиданно.

– Ты чего? – удивился Юра. – Не нравится, что я болтаю? Ну ладно, могу замолчать. Вот только, раз ты не даёшь мне выразить всю боль, что накопилась во мне за столь короткий срок, то оставлю тебя без обеда.

Поня… ай! Опять?!

Мочку уха вновь обожгло.

– Ты издеваешься?! Ты укусила меня! Опять! За что?! Потому что я сказал, что не буду, тебя кормить? Или потому что я такой глупый и тебя не понимаю?

Юра всё ещё рылся в сене, но боковым зрением ему показалось, будто саламандра в конце кивнула. Колюшин перестал копаться, сел на коленки и задышал глубже.