Сон и явь. Перепутье

– Марианна, это ты? – вглядывается она в темноту.

– Да. Я разговариваю по телефону. Сейчас подойду.

– Нет-нет, дочка. Я просто услышала шум, решила проверить. Разговаривай спокойно.

Не дождавшись моего ответа, она заходит обратно в дом, а я вновь прикладываю телефон к уху.

– Прости, мама Лукаса выходила.

– Тебе пора? – спрашивает он.

– Да. Спасибо за разговор, и ещё раз прости мне моё любопытство.

– Надеюсь, я утолил его. Спокойной ночи, Марианна. Не думай больше о глупостях.

– В полной мере.

Попрощавшись, я отключаю звонок. Ещё несколько минут нежусь на гамаке, смотря на звёзды. Вспоминаю рассказ Итана про горы и снег, улыбаюсь, согреваясь его словами. И только потом встаю с места и иду домой.

Нахожу Линду на кухне, она заваривает нам чай. Сажусь за стол, внимательно следя за каждым её движением. Она так постарела за эти годы. Совсем осунулась.

– Вспомнила день, когда Лукас рассказал мне про тебя, – говорит она с грустной улыбкой на лице.

Ставит одну чашку с чаем передо мной, вторую держит в руках и садится рядом.

– Проснулась поздно ночью от шума во дворе, выхожу и слышу, как он смеётся, а следом добавляет, что любит тебя, – останавливается, отпивая чай. – Он даже не заметил моего присутствия. Я ушла и только на утро не удержалась от любопытства и пришла к нему с разговором. Он тут же засиял, достал телефон и показал твоё фото. Раньше всегда отнекивался, ругался, когда пыталась интересоваться его личной жизнью, а тут совсем другая реакция.

– Вы никогда не рассказывали мне об этом.

Её слова согревают и ласкают мой слух. Хочется поставить на паузу время и до конца жизни слушать её рассказы про Лукаса. Про нас.

– Ты напомнила мне о нём.

– Я? – хмурю брови, не понимая её.

– Тоже лежала, улыбалась и о чём-то шепталась по телефону.

– Господи, Линда, – я чувствую, как начинают полыхать мои щёки от стыда. – Вы ведь не подумали, что я говорила с кем-то, в кого влюблена?

– Ты произвела именно такое впечатление, – она мягко улыбается.

– Вы ошиблись, – оскорбляюсь я. – Как вы могли подумать такое?

– В этом нет ничего зазорного.

– Это был мой друг, – продолжаю краснеть. – Он фотограф и владелец фотошколы, в которой я учусь.

Она улыбается мне так, словно мои слова ничего ей не доказывают.

– Он тоже потерял сестру, понимает меня и поддерживает. Между нами нет ничего, о чём вы подумали.