Грешный ангел

Всё же здравый смысл берёт вверх над моими низшими чувствами. Хотя, признаться честно, я готова заплатить за этот ужин не только поцелуем.

– Недотрогой ты ещё сексуальнее, – хитро улыбается Симон, всматриваясь в мои глаза.

Берёт меня за руку, подносит тыльную часть моей ладони к своим губам и касается её.

– Поужинаем здесь, – добавляет следом и отпускает меня.

Он оставляет за собой приятное послевкусие. Что-то в нём цепляет меня и заставляет желать большего.

И я понятия не имею, что из этого всего выйдет.

Глава 5

Просыпаюсь днём от звонка на телефон. Не посмотрев, кто звонит, в полусне принимаю вызов.

– Привет, моя красавица, – слышу знакомый женский голос, но в сонном бреду не сразу понимаю, с кем говорю. – Как ты? Я тебя разбудила?

Я смотрю на экран и вижу имя свекрови. Тут же прихожу в себя и подбираюсь на месте.

– Здравствуйте. Нет-нет, всё хорошо. Как у вас дела?

– Дела хорошо. Соскучилась по тебе, решила позвонить узнать, как твои дела.

Наш разговор длится минут десять.

Когда кажется, что разговор подходит к концу, она вдруг резко заявляет:

– Ой, дорогая, подожди. Филипп проснулся, сейчас передам ему телефон.

– Не стоит, я потом сама ему наберу.

– Куда уж, – слышу на том конце провода мужской металлический голос.

На миг забываю, как дышать. Только сейчас понимаю, что не слышала его уже пять дней. И готова отрубить себе голову от понимания, что соскучилась по нему, хоть это чувство и причиняет боль.

– Мне пора, – всё, что удается вырвать из себя.

– Нет, – я слышу, как он отходит от матери. – Нам есть о чём поговорить, дорогая жёнушка.

Я выхожу на балкон подышать свежим воздухом. Закрываю за собой дверь, чтобы наш разговор не услышали девочки.

– Я тебе не жена, и ей никогда не стану, – огрызаюсь ему в ответ.

Удивляюсь собственной дерзости. Обычно, я не позволяю себе подобного тона в разговоре с Филиппом.

– Не нужно громких слов. Нашему браку быть при любом раскладе.

– Зачем? Зачем портить мне жизнь? Живи в одиночестве, будь любовником Раи и наслаждайся своей жизнью! – взрываюсь я. – Меня только в покое оставь!

– С каких пор жизнь со мной стала тебе в тягость?

– Ты серьёзно, Филипп?! – голос срывается на крик.