Капиталистический манифест

Что бы ни происходило, никто не имел права обвинять учителя. Профсоюз организовывал забастовки, чтобы не допустить «вмешательства родителей» в публичное образование. Газета Chicago Tribune в 1988 году пришла к выводу, что Ассоциация учителей Чикаго «обладает в школах не меньшей властью, чем Департамент образования» и «располагает бо?льшими возможностями контроля, чем руководство школ, родители, налогоплательщики и избиратели».

НАО представляет интересы учителей и других специалистов в сфере образования. Это крупнейший профсоюз США, объединяющий почти три миллиона членов.

НАО заявляет, что ее задача состоит в том, чтобы объединенными усилиями всех своих членов способствовать выполнению целей общественного образования.

Мой опыт говорит об обратном. Когда я учился в школе, отец проводил совещания руководителей профсоюза у себя дома. Я был подростком, но ясно осознавал, что профсоюз учителей заботится не об улучшении образования. НАО беспокоили лишь деньги и власть. Все в полном соответствии с призывом Маркса: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь.

Вам нечего терять, кроме своих цепей».

В 1963 году, когда я еще был школьником, работники отеля и ресторана богатого папы устроили забастовку. Они требовали, чтобы им разрешили организовать у себя профсоюз. Богатый папа позвонил мне и спросил, не могу ли я прийти в отель и поработать на рецепции, оформляя приезд и убытие постояльцев. Я проработал там три дня без перерыва, позволяя себе лишь ненадолго прикорнуть в бельевом шкафу.

Когда я вернулся домой, бедный папа был очень огорчен.

Он назвал меня «штрейкбрехером», то есть предателем, за то, что я пересек линию забастовочных пикетов.

В 1969 году я окончил Академию торгового флота в Кингс-Пойнте и отказался вступать в профсоюз моряков и лоцманов, потому что не считал себя марксистом.

В том же году я поступил на службу в Корпус морской пехоты США, чтобы бороться с марксизмом во Вьетнаме.

В 1973-м, когда я вернулся из Вьетнама, забастовочные пикеты в отеле богатого папы тут же всплыли у меня в памяти, пока я пробирался сквозь толпу хиппи и протестующих против войны.

По пути из аэропорта мы почти не говорили с отцом, потому что вьетнамская война и марксистская философия поставили нас по разные стороны баррикад. Этот день я не забуду никогда.

Мои родители и две сестры были противниками войны. Мой младший брат пошел служить в Военно-воздушные силы США. Мы с ним оба воевали во Вьетнаме. В 2020 году мы с братом поддержали Трампа.