Плата за наивность

Думаешь, я ничего не заметила?

Ее высказывания становились все более странными. Наблюдательностью она никогда не страдала, раньше ничего такого не замечала, а сегодня вдруг уверилась в его особом ко мне отношении.

– Ина, вы с ним вчера разговаривали? – спросила я прямо.

Она явственно смутилась. Хотела скрыть от меня, но на прямой вопрос придется ответить правду – Регина никогда не врала.

– С чего ты так решила? – попробовала она увильнуть. – Я еще вчера тебе сказала, что у нас с ним ничего не получится, а было это утром.

– Что не получится, ты могла и сама решить, – согласилась я. – А вот что мы с ним прекрасная пара – это уже не твоя идея. Даже если бы такое пришло тебе в голову, то не так быстро. Позавчера ты была еще полна надежд на его счет. Ина, я уверена, что он к тебе приходил и просил помочь, ведь так?

– Так, – неохотно ответила она, – только он просил оставить разговор в тайне.

Да, если штурм не получается, а осада имеет весьма туманные перспективы, нужно идти другим путем.

– И ты согласилась? – осуждающе сказала я.

– А что такого? – обиделась подруга. – Если бы ты слышала, как он о тебе говорит. Так нежно, так трепетно. Я и сама это замечала, конечно, но одно дело подозревать, а другое – слышать. Не помочь вам понять друг друга было бы просто преступлением с моей стороны.

Я сильно сомневалась, что она замечала нежность и трепетность со стороны Лоренца. Наверняка пришел вчера и с порога: «Такая наблюдательная инорита не могла не заметить…». Лесть – тоже оружие, если умеешь применять. К концу вечера Регина была полностью убеждена, что она сама все поняла и что между счастьем ее лучшей подруги и такого замечательного курсанта не только нельзя вставать, но и нужно ему всячески способствовать.

– Он тебе самой нравится, – напомнила я.

– И что? – ответила Регина. – Ему-то нравишься ты. А тебе – он. И зачем я буду вам мешать?

– Ты забыла – мне он не нравится.

Регина посмотрела на меня скептически. С ее точки зрения, мое заявление прозвучало не очень правдоподобно. Как такое может быть, чтобы столь привлекательный молодой человек в таком красивом мундире не нравился? И это на нем еще курсантская одежда, а как военную форму наденет, будет вообще неотразим.