Плата за наивность

 – Но готовы пожертвовать своей подругой, чтобы проверить мою благонадежность?

По виду Регины было понятно, что она готова ради меня на любую жертву, особенно на такую, как посещение театра с нравящимся ей юношей. Глаза ее сияли, а ноги уже нетерпеливо переступали на месте, готовясь идти, куда позвали. Про благонадежность кавалера она даже не задумывалась.

– Мне казалось, мы выяснили этот вопрос, – ответила я. – И я извинилась. Сами подумайте, если бы я вам не доверяла – согласилась бы отправить с вами свою подругу?

– А я ответил, что театр – это искупление вины, и только так.

Что ж, не хотите сегодня, давайте в другой раз, когда вы не будете связаны обещанием семейного чаепития.

Его удар опять попал в цель. Регина посмотрела на меня с возмущением. Общество столь желанного кавалера опять становилось недоступным и призрачным, и все по моей вине. Я уже представляла, как она будет после его ухода выговаривать мне, что я встала между ней и ее счастьем. Лоренц идти куда-нибудь вдвоем с ней не собирался.

Но, возможно, побыв немного в нашей компании, он переключится на более жизнерадостную Регину, умевшую привлечь к себе мужское внимание?

– Нет, она пойдет, – торопливо сказала Регина, испугавшись, что я откажусь раньше, чем она согласится, и что курсант сейчас развернется и покинет нас, унеся с собой надежды на этот вечер. А ведь другая возможность еще не скоро представится. В том, что она будет, подруга не сомневалась, но ждать просто ненавидела.

 – Непременно пойдет сегодня. Правда, Штеффи?

– Хорошо, – ответила я.

Лоренц довольно улыбнулся. И Регина просияла так, что никакое магическое освещение с ней не смогло бы сравниться. А вот я, я была недовольна и этим днем, и вынужденным согласием. Нельзя сказать, что курсант так уж мне не нравился, но идти с ним куда-нибудь мне все равно не хотелось.

– Ну что, инориты, – сказал он, беря нас обеих под руки, – тогда отправляемся в театр?

– А что, мы так и будем друг к другу обращаться официально? – Регина кокетливо стрельнула глазками в предмет своих мечтаний, который был совсем рядом и даже позволял за себя подержаться.

 – Лорд, инорита… Или вы не любите фамильярного обращения? Но ваши друзья звали вас просто Николасом…

Она сделала паузу и выжидательно посмотрела на Лоренца. На ее лице восхищение было написано просто огромными буквами. Вблизи он оказался для нее еще привлекательней. Что ж, ее можно было понять.