Гимназистка. Клановые игры

Наглые и ненадежные. А рыси еще и мелкие.

– Мелкие? Рыси мелкие?!

Показалось или аккуратно уложенные волосы начали приподниматься, пытаясь вздыбиться, усы распушились и встопорщились, а в голосе проклюнулись шипящие звуки? Надеюсь, он не будет обращаться и полосовать когтями меня прямо сейчас. Нервные они какие-то, эти Рысьины, и легковозбудимые. Конкретно на этого, взбешенного до потери самоконтроля, я бы с удовольствием посмотрела. На расстоянии, разумеется. И послушала бы, что он скажет, пока себя не контролирует.

Жаль, что он слишком быстро опомнился, даже шипеть перестал и этак задумчиво прищурился.

– Конечно. Куда мельче тигров, львов или гепардов, – с удовольствием выпалила я, надеясь на еще один всплеск возмущения.

– Зато более гибкие, ловкие и выносливые, – он лениво улыбнулся, давая понять, что укол в этот раз не достиг цели.

– И бегают медленнее.

– А, понял, – он расхохотался по-настоящему. – Это зависть. Знаешь, Лизонька, твой дедушка предполагал, что для оборота тебе не хватает характера.

Княгиня с этим была не согласна. Так что продолжай наращивать зубки – и вдруг… Тогда Фаина Алексеевна непременно задумается, не вернуть ли тебя в клан.

– Спасибо, мне ваших Рысьиных и даром не надо. И вообще, Юрий, мне кажется, вы засиделись в гостях, пора и честь знать. Убирайте вот это вот. – Я помахала рукой, указывая на призрачное марево вокруг, и решила больше не миндальничать с этим типом: – И сами убирайтесь.

– Это вот – это ты про что, Лиза? – нехорошо прищурился он, напрочь игнорируя мои требования.

– Про купол явно магического происхождения. Не знаю, для чего он вам, но прошу убрать. В гостиной этого дома он лишний.

– Неужели ты его видишь? Не волнуйся, это неопасно. Только чтобы помешать Звягинцеву подслушать наш разговор.

– Владимир Викентьевич и без того не опустился бы до подслушивания.

– Лизонька, твою наивность извиняет только юный возраст. Имей в виду, Ольга Станиславовна никогда не доверяла Звягинцеву.

– Мне сейчас можно говорить все что угодно, правда, Юрий? – усмехнулась я.

 – Но знаете, похоже, после покушения у меня не только пропала память, но и уши уменьшились.

– Уши? – Он удивленно меня оглядел. – Лизонька, они в точности такие же, как и раньше: маленькие, аккуратные и очень красивые.

– А я уверена, что уменьшились. Теперь на них помещается намного меньше лапши.

– Какой лапши?

– Которую вы мне старательно навешиваете, Юрий.

Я притворилась, что что-то сбрасываю с ушей.