Игроки

 – Я просто не вижу причины, заставляющей тебя упрямиться.

– Не видишь? Замечательно. У тебя есть выбор: ехать на бал со мной или с ней. Или-или, вместе не выйдет.

– Шанталь, это несерьезно. Сама подумай, как я буду выглядеть, заявившись с компаньонкой дочери? – возмущенно сказал папа.

– А как я буду выглядеть, заявившись на бал с гувернанткой, ты подумал?

– Не с гувернанткой, с компаньонкой, – поправила меня молчавшая все это время инора Маруа. – Видите, вы даже не замечаете разницы между столь разными понятиями.

Сказано было это столь менторским тоном, что у меня аж зубы заскрипели, так я их сжала, чтобы не сказать все, что думаю о воспитательницах, возомнивших себя хозяйкой дома. Если инора пыталась таким образом уговорить взять ее с собой, она просчиталась.

– Не боитесь, что при проверке герцогской стражи с вас свалится «флер»? – ехидно спросила я. – Говорят, бывает, что при неправильном срабатывании артефакта выключаются все маскирующие заклинания.

Мне показалось, что мой вопрос инору смутил, но она ничего не ответила. Папа тоже промолчал, но выразительно покрутил головой, намекая на мою невоспитанность. Возможно, приличные инориты так не говорят, но меня извиняло взвинченное состояние и некрасивое поведение самой иноры. Теперь я полностью уверилась, что прока от ее пребывания в нашем доме не будет, поэтому итог беседы меня устроил полностью – больше никто не пытался навязать мне нежелательную компаньонку, а она сама, как ни странно, перестала поправлять меня по малейшему поводу.

На бал я собиралась почти спокойной, хотя ехать не хотелось. Да, не с таким настроением не так давно я мечтала о посещении герцогского дворца. Вариант притвориться больной я отмела сразу – не дай Богиня, лорд Эгре опять пришлет своего целителя и тот всучит очередной пакет с пилюлями.

В этот раз герцогская охрана оказалась куда предупредительней. Проверили нас чисто номинально, так что если бы инора Маруа все же смогла меня уговорить, вся ее красота осталась бы при ней. Недопустимое легкомыслие для охраны! Ведь под нашими личинами кто угодно проехать мог.