Герцогиня в бегах. Право на эшафот

На первый взгляд университет давал нужную независимость, но это лишь на первый взгляд, поскольку в той же клятве могут быть подводные камни, о которых я даже не догадываюсь. Это не мой мир, и необдуманный поступок может стоить мне дороже, чем кажется.

Эсперанса встретила меня у дверей в мою комнату.

– Что-то вы грустно выглядите, ваша светлость, – проницательно заметила она. – Неужели не сняли?

– Утверждают, что блок поставила я сама.

Она ахнула, но это не помешало ей быстренько зайти за мной и прикрыть двери.

Я села на банкетку и уставилась в зеркало на свое отражение. Оно больше не казалось чужим и не вызывало такого восхищения, как поначалу. Насколько я поняла, красоту давала сама принадлежность к Сиятельным: пусть в воспоминаниях зияли дыры и я ни в чем не была уверена, но косвенно это подтверждалось внешностью тех высокородных, с кем я сталкивалась. Обычные же люди были… обычными. Кто-то симпатичный, кто-то не очень, но сияющего великолепия, от которого перехватывало дух, ни у кого не было.

В зеркале мне были заметны любые изменения ее мимики, и вскоре стало понятно, что она что-то хочет сказать, но не решается прервать мои размышления. Я ее непременно выслушаю, но сначала выясню то, что мне нужно.

– Эсперанса, Бласкес сказал, что я могла закодировать снятие блока на некую фразу и доверить ее близкому человеку. Вспомни, не говорила ли я тебе чего-то на первый взгляд не слишком важного, но просила непременно запомнить?

Лицо горничной чуть дернулось, но ответила она ровно:

– Что вы, ваша светлость, мы не были столь близки, чтобы вы мне доверяли секреты.

Я повернулась и с удивлением посмотрела на нее:

– Разве? Эсперанса, мне казалось, что ты – мое главное доверенное лицо.

– И я вас не предам, ваша светлость, – уверенно ответила она. – Но ничего личного вы мне никогда не доверяли.

– Но вдруг я сказала или сделала в тюрьме что-то странное? Что-то такое, что было совершенно на меня не похоже?

Она задумалась, забавно наморщив лоб.

– Разве что в последний день? – с явным сомнением наконец пробормотала она. – Вы вели себя не как обычно, но я решила, что из-за того, что вас вскоре…

Она не закончила фразу и осенила меня знаком Двуединого, который должен был спасти и сохранить тело и душу.