Герцогиня в бегах. Право на эшафот

Теодоро предпочел притвориться, что не расслышал. Возможно, стоило намекнуть, что у него начинаются возрастные проблемы со слухом?

– Бласкес говорил, что вы в тюрьме проводили какой-то ритуал…

Королевская реплика очень заинтересовала тетю, которая уставилась на меня с явным вопросом.

– Тогда он должен был еще сказать, что у меня ничего не получилось.

– Почему же… Возможно, то, что артефакт признал вас невиновной, как раз результат этого ритуала.

Отчасти так, если считать, что он признавал невиновной графиню Эрилейскую, но это не отменяло факта, что я никого не травила и даже не заключала с Бласкесом никакого опасного договора.

– Артефакт признал меня невиновной, потому что я ничего вам не делала. Вам следует присмотреться к своему окружению. Если, разумеется, вас вообще кто-то травил, а не был устроен спектакль для того, чтобы на меня надавить.

– Надавить?

– Заставить выйти замуж за вашего престарелого графа.

– Что вы, милая Эстефания, – он весьма хищно усмехнулся, – если бы артефакт не признал вашу невиновность, вас бы казнили. Прощать покушения на королей нельзя. Даже таким красивым герцогиням.

Он улыбнулся, этак намекающе, что его неприличное предложение остается в силе, но я, вовремя вспомнив, какая у меня сейчас подходящая внешность, сделала вид, что ничегошеньки не понимаю.

– Так и казните тех, кто покушается. Ваше величество.

Я постоянно забывала обращаться к нему по правилам, принятым в этом обществе. Полагаю, я вообще вела себя не по ним, потому что и сейчас не отвела взгляд, а уставилась на Теодоро с вызовом, полностью выходя из образа нежной фиалки. Он же смотрел на меня с каким-то непонятным выражением. Взгляд не отводили ни он, ни я. Прервало нашу зрительную дуэль покашливание тети.

– Ваше величество, в одном моя племянница права: она не может выйти за какого-то графа, даже если он не так дряхл, как ей представляется.

Король отвлекся от меня, повернулся к моей родственнице и высокомерно процедил:

– Не какого-то, а приближенного ко мне. Я знаю, кого вы прочите ей в мужья, и не могу позволить, милая донья, чтобы вы продолжали интриговать за моей спиной. Пока ваша племянница не замужем, вы не успокоитесь.