Цветок мака

Как он и обещал деду, сила его была в неприкосновенности и только ждала своего часа, чтобы начать меня защищать. Дипломаты спать на ходу приучены не были, обычно их работа проходит в куда более пристойных условиях, но остатки сна с них слетели сразу, ведь задницы они поотбивали еще в первый день нашей поездки сюда. Теперь они охали при каждом удобном случае и строили жалостливые гримасы, долженствующие показать, как им приходится страдать во имя короны. Военные никакого внимания на них не обращали, главной их заботой была моя безопасность, а не ублажение придворных лизоблюдов.

О мальчишке-орке я вспомнил, только когда объявили привал, и несколько удивился, как я мог не замечать его, пока мы ехали. Но у меня было кому наблюдать за потенциальным шпионом в наших рядах – начальник охраны уже с ним беседовал, задавая, похоже, очень неудобные вопросы для этого смеска, который все же пытался отстоять честь своей семьи и утверждал, что покинул Радай сам и никто его не выгонял и не обделял.

В это верилось слабо. Тощий заплечный мешок лучше всяких слов показывал, что пожитков у этого полуорка нет, да и одежда не из богатых, а сменной явно не было. Впрочем, одежда не показатель: ему с собой могли дать деньги, чтобы купил принятую у нас. Я еще раз пренебрежительно посмотрел на этот хилый источник информации и взял беседу на себя. Парень как раз нес высокопарную чушь про узы крови орков. Когда это кому препятствовало в деле получения личной выгоды?

– Но узы крови не помешали твоим родным обчистить сироту, – насмешливо сказал я.

Парнишка испуганно повернулся и замер, как загипнотизированный, уставившись в мои глаза. Странно, так я даже на своих подчиненных не действую. Я ощутил что-то непонятное, сильно меня обеспокоившее. Непрошеное чувство нежности было настолько неожиданно, что я даже несколько растерялся. С чего вдруг у меня возникло такое отношение к нищему дикарю? Не иначе как работа какого-нибудь орочьего амулета, который должен вызывать симпатию к владельцу.

Я подозрительно прищурился и дал знак придворному магу подойти.

– Это неправда! – Возмущение орчонка казалось совсем не наигранным. – Ни один орк так не поступит с родичем.

«Да, конечно, – с раздражением подумал я. – Тебя все там любили и ублажали, именно поэтому ты и сбежал – боялся быть захороненным под избыточной опекой». Но вслух лишь отметил:

– Но что-то же заставило тебя уйти из семьи.

– Я не вижу там для себя будущего.