Большая книга триллеров. Жуткие истории на ночь

 – Вот из-за такого поганого любопытства шрам от петарды у меня на щеке и остался. Я зажёг её и кинул. Она упала и не бабахнула. Я её поднял и дунул в неё разочек, ну, чтоб она разгорелась…

– И что?

– И ничего хорошего…

– Ладно, проехали, – обиженно произнёс Андрей. – Вы мне объясните, кто написал записку, и куда Машка делась?

– Маша, скорее всего, давно уже сидит дома, – сказал Михаил. – И отвёз её туда Иосиф, который, каким-то образом, видать, подслушал твои разговоры с друзьями-полицейскими. И догадался про розыгрыш.

– Чёрт! Как я об этом не догадался! – вскрикнул Вадим Дмитриевич. – Я почему-то думал, что записка это – твоих рук дело. Ха! Получается, что этот подлец Иосиф в данный момент старательно запугивает Антона и Игоря своим больным сердцем, которое у него совершенно не болит. Вот кто умник-то настоящий!

Михаил засмеялся вместе с Вадимом Дмитриевичем.

28

Иосиф, высунув язык, лежал на земле с закрытыми глазами, по его подбородку текли слюни. Он осторожно приоткрыл один глаз и увидел следующую картину. Игорь и Антон, стоя на коленях, склонились к нему с двух сторон. В глазах Игоря плескался ужас.

– Нет!! Почему – я?! – закричал он.

– Ты, а кто же ещё?! – толкнул его в плечо Антон.

– Сам давай! – Игорь замотал головой (Иосиф к этому моменту успел закрыть свой любопытный глаз).

– Я, как старший по званию, тебе приказываю! – заорал на Игоря Антон.

– У-у! – завыл Игорь и, не вытирая слюны с подбородка Иосифа, выдохнул воздух из своего рта в его рот. Иосиф при этом не растерялся, крепко обнял его и поцеловал в засос.

Игорь еле вырвался из крепких объятий Иосифа.

– Ты чё творишь, придурок! – всё, что успел выкрикнуть он, прежде чем его вывернуло наизнанку.

29

– Дайте кто-нибудь и мне сигарету, – попросил Вадим Дмитриевич.

Михаил, закуривший очередную сигарету, протянул пачку полицейскому. Тот вытянул сигарету и благодарно кивнул.

– И всё-таки, Михаил, никто из нас не осмелился произнести некоторые вещи, – тихо заговорил Вадим Дмитриевич и поднялся со скамейки, – про которые знаем мы все, но боимся сказать, потому что они не поддаются никакому объяснению. В этом заброшенном здании что-то не так.