Плейлист двух сердец

Я знаю, вы довольно долго были вместе и не хочу сказать, что она тебя использует…

– Тогда не говори, – ответил я сквозь стиснутые зубы.

Алекс нахмурился.

– Ладно. Проехали.

– Благодарю. – Он хотел как лучше. Алекс всегда пытался меня опекать, и когда дело касалось его бывших пассий, я вел себя так же. Мы желали друг другу только самого лучшего. Выдавив из себя улыбку, я похлопал его по плечу. – Мой внутренний интроверт уже начинает сходить с ума, так что, думаю, мне пора уходить.

– Сбегаешь с собственного праздника? Хотел бы сказать, что удивлен, но… – он ухмыльнулся.

 – Кэм с тобой?

– Да, мы пришли вместе. Надо ее найти.

Алекс хлопнул меня по спине и схватил со стола фрикадельку на палочке.

– Звучит заманчиво. Напиши, когда доберешься до дома, хорошо? Звони, если что-то понадобится. Люблю тебя.

– И я тебя.

– О, и братишка?

– Да?

– Поздравляю с новым альбомом. И прибавкой в пятьдесят миллионов! – воскликнул Алекс. Его глаза заблестели от переполнявших эмоций, что часто случалось и с нашей матерью.

Эмоциональный засранец.

– Это только начало, – заверил я, заключая брата в объятия и похлопывая его по спине. Я несколько раз моргнул, прогоняя слезы. Эмоциональный засранец.

Полагаю, для нашей семьи излишняя эмоциональность была нормой. Но, черт возьми, последние пятнадцать лет мы упорно трудились, добиваясь признания. Когда наша песня Heart Stamps попала в чарты Billboard, нас окрестили сенсацией. Однако СМИ упустили из виду долгие годы борьбы, которые привели нас к успеху.

Я прихватил еще кусочек краба и направился в сторону Кэм. Мысли заметались в голове от осознания, что придется перекинуться парой слов еще и с окружавшими ее людьми, а мой лимит общения на сегодня был почти исчерпан. Желчь начала подкатывать к горлу, по мере того, как я подходил все ближе к толпе. Я изо всех сил старался подавить нервозность.

Если и существовал единственный известный факт о Кэм, который не подвергался сомнению, так это то, что она была сногсшибательно красива.

Никто в здравом уме с этим бы не поспорил. Она выглядела как богиня со светло-карими глазами, длинными гладкими иссиня-черными волосами и соблазнительным телом. Ее улыбка и грациозная манера двигаться могли покорить любого. Именно ее широкая улыбка пленила меня когда-то.

В тот вечер на ней было узкое черное бархатное платье, облегающее фигуру, словно вторая кожа, и туфли с высокими каблуками и красной подошвой.