Элеанор и Грей

Грейсон несколько раз вздохнул. Потом, после долгого выдоха, сдался.

– Ладно.

О, нет.

Нет, нет, нет, нет…

Я пыталась сосредоточиться на чтении, но краем глаза увидела его приближающиеся кроссовки. Конечно же, это были кроссовки Nike, потому что все в Грейсоне было абсолютно банально. Он вполне мог бы рекламировать их с экрана. Когда эти новенькие, без единого пятнышка кеды оказались прямо передо мной, я неохотно подняла голову. Он в упор смотрел на меня.

Эти серые глаза…

Это был тот самый цвет, который, казалось, существовал только в вычурных любовных романах, где главный герой всегда тошнотворно идеален.

На самом деле ни у кого нет чисто серых глаз. За свои шестнадцать лет я ни разу не встречала таких парней, кроме Грейсона. Светло-голубые? Несомненно. Зеленые? И такие иногда попадались. Однако глаза Грейсона были не похожи на все, что я видела раньше. И я понимала, почему они так притягательны.

И сейчас под прицелом его серого взгляда и этой улыбки я остро осознала, почему большинство девчонок беспомощно таяли в его присутствии.

Господи, пусть это прекратится.

Встретившись со мной взглядом, он слегка кивнул с едва заметной усмешкой, и это меня взбесило. Возможно, эти ухмылки работали с девчонками вроде Стейси Уайт, но точно не со мной. Я снова уставилась в книгу, стараясь не обращать на него внимания.

Однако кроссовки не двинулись с места. А затем краем глаза я заметила, что он начинает медленно наклоняться и вот уже присел на корточки передо мной.

И снова кивнул мне с прежней фальшивой улыбкой.

– Привет, Элеанор, как жизнь? – произнес он с таким видом, словно мы всегда общались, а теперь, встретив меня, он просто подошел поболтать.

Я едва слышно выругалась.

Он удивленно на меня уставился.

– Ты что-то сказала?

Ради всего святого, неужели он не замечал мои наушники и книгу? Неужели забыл, что сегодня 21 июня 2003 года? Почему никто не мог понять, как важно тут же проглотить эту книгу, как только она попала к тебе в руки?

Иногда я ненавидела этот мир.

– Я сказала, не надо. – Я сняла наушники. – Не делай этого.

– Чего?

– Этого. – Я указала на пространство между нами. – Я знаю, Лэндон попросил тебя поговорить со мной, чтобы закадрить Шай, но это дохлый номер. Мне не интересно, а Шай – тем более.

– Как ты могла услышать, о чем мы говорили, если на тебе наушники?

– Все просто. Я не слушала музыку.