Картина преступления

 – Я знаю, что это не твоя любимая тема, но ты не думала о…

– Лечение разговорами – не панацея. Наркотики тоже. И желание с этим разделаться. – Когда я взглянул на нее, она улыбалась слабой грустной улыбкой. – Ватсон. Вернись.

– Зачем? Нет, ответь правду.

Со стоном она стащила подушку себе на грудь.

– Потому что, несмотря на то, как я только что реагировала, я действительно не хочу, чтобы ты уходил. – Она посмотрела на меня с тоской. – И не хочу… чтобы это было, как в тот раз. Я просто хочу уснуть, и, если не ошибаюсь, для нас было бы много проще продолжить разговаривать друг с другом как обычно, с поправкой на завтрашние формальности.

Я медленно сел.

– Я по-прежнему думаю, что со здравым смыслом это и рядом не лежало.

– Меня устраивает. – Она зевнула. – Рассветает, Ватсон. Давай спать.

Я растянулся под одеялом, стараясь сохранять между нами расстояние в несколько дюймов. «Оставь место для Святого Духа», – подумал я в полуистерике. Я не заходил в церковь с детства, но, возможно, монахини были правы.

– Ты отмеряешь расстояние между нами?

– Нет, я…

– Не смешно, – сказала она, но уже был рассвет, и мы устали, и я мог бы поклясться, что она старалась не рассмеяться.

– Что нам нужно, так это хорошенькое убийство, – проговорил я, не обращая внимания на то, как ужасно это звучало. – Или похищение. Знаешь, что-нибудь интересное, чтобы отвлечь нас от всего этого.

– От всего этого? Ты про секс?

– Про все.

– Лена постоянно мне пишет. Она хочет прилететь из Индии и взять нас на шопинг.

– Это не способ отвлечься. Это повод броситься в океан. Мне требуется взрыв или что-то вроде.

– Тебе шестнадцать лет, – сказала она. – Думаю, нам, вероятно, нужен серийный убийца.

Леандр Холмс появился на следующий день. Через три дня – исчез. Но многие недели после этого я думал: не навлекли ли мы сами своими желаниями все то, что случилось с нами после.

Три

Я проснулся рядом с Шарлоттой и еще кем-то, отдергивающим занавески.

Даже после внезапной вспышки света, даже зная, что в комнате кто-то чужой, я не мог заставить себя открыть глаза.

– Уходите, – сказал я и отвернулся.

Зажглась лампа.

– Шарлотта, – произнес низкий ленивый голос, – когда я давал тебе эту футболку, я не предполагал, что ты воспримешь надпись на ней буквально.

Тут я продрал глаза, но говоривший человек оставался в тени.