Этюд в тонах Шарлотты

 – Голос еще более хриплый, чем всегда. Рука неуверенно потянулась к моему лицу. – Почему?

Мне хотелось наорать на нее. Я же не робот. Я не могу отключить свои эмоции, и, как бы она ни притворялась – этот безупречный вид, эта манера четко выговаривать слова, – я знал, что и она не может. Они будоражат ее где-то очень глубоко, и мне хотелось увидеть их, силой вытащить наружу.

Как будто у меня было на это право.

Но я просто накрыл ее холодную руку своей:

– Я не буду принуждать тебя говорить об этом, – сказал я.

– Да, – ответила она, убирая руку. – Не надо.

– Ладно. – Я глубоко вдохнул, чтобы прийти в себя. – Ты отдала ему то, что спрятала в карман? Ту пробирку?

– Да.

Будто клещами тянуть приходится.

– Не хочешь рассказать, что в ней было?

Шарлотта посмотрела на меня оценивающе.

– Ватсон, – сказала она, – похоже, нас подставили.

Миссис Данхэм заявила, что не выпустит нас, если мы не пообещаем первым делом обратиться в медпункт. Я до крови разбил костяшки ударом об стену, пальцы посинели и распухли.

Холмс заверила, что мы так и сделаем, и терпеливо сидела рядом, пока меня осматривала медсестра.

– Ты к нам зачастил, – хмыкнула она, протягивая мне бинты и пакет со льдом.

Холмс заскочила в столовую, чтобы сделать нам по сэндвичу, а я остался ждать у дверей. Удивительно, что она вообще вспомнила о еде. Конечно, я был голоден как волк, но совершенно об этом не думал. Наверное, мы оба были слишком расстроены и погружены в себя, чтобы реагировать на происходящее снаружи.

Взгляды и шепот во дворе больше меня не волновали. Еще бы. У меня были проблемы куда серьезнее. Мы дошли до кабинета 442, Холмс достала связку ключей и впустила нас внутрь.

– Как тебе вообще удалось уболтать их дать тебе лабораторию? – спросил я, найдя наконец нейтральную тему для разговора.

– Такое условие поставили мои родители, – объяснила она. За время нашего отсутствия в лаборатории ничего не изменилось: все тот же странный темный чулан.

 – В Шеррингфорде были согласны на все, лишь бы я здесь училась. По бумагам то, чем я здесь занимаюсь, называется независимыми исследованиями.

Я усмехнулся:

– Исследованиями чего? Убийств?

В ответ она состроила мне гримасу.

На пару минут я забыл о Добсоне, но вид того самого дивана все испортил. По моему взгляду Шарлотте все стало ясно; она резко захлопнула дверь.

– Не здесь, – сказала она будничным тоном. – Это случилось в Стивенсоне.