Сердце яростное и разбитое

Ко всему прочему здесь есть еще несколько сожженных дотла городов с обуглившимися останками наших солдат, которые остались здесь с тех времен, когда матушка предприняла первую попытку захвата этих земель.

Проезжая мимо таких городов, я всегда невольно перевожу взгляд на внутренние стены кареты. У меня нет желания видеть разрушения, что являются делом рук моего народа.

Когда-то я думала, что смогу прервать эту закономерную череду разрушений, но затем матушка назвала мою младшую сестру наследницей престола.

Сестра сидит напротив меня, и на нее не оказывают никакого впечатления ни погода, ни виды Эмберфолла. Нолла Верин скрыта в тени, занятая вышиванием красными и серебряными нитями. Зная ее, я могу сказать, что это будет какое- то украшение для одной из ее лошадей.

Она не вздрогнет при виде сожженных дотла городов. В мире не существует того, что могло бы заставить Ноллу Верин содрогнуться.

Именно поэтому моя сестра стала наследницей, а не я.

Губы Ноллы Верин изгибаются в легкой улыбке.

– Лия Мара, ты ведь понимаешь, что нас встретят в штыки? – произносит она на сишшальском – нашем родном языке.

Я не отрываю взгляда от пышной зелени.

– Матушка пыталась сровнять эту страну с землей. Как еще нас могут встретить?

– Я думаю, ты станешь легкой мишенью, учитывая, что постоянно высовываешься из окна с открытым ртом.

Я закрываю рот и откидываюсь на сиденье, позволяя плотной занавеске закрыть окно.

Улыбка Ноллы Верин становится шире.

– И при этом тебя всегда называют самой умной.

– А, точно. Хотя лучше слыть самой умной, чем самой крепкой.

Нолла Верин тихо смеется.

– Составляй список. Когда я стану королевой, я их всех казню ради тебя.

«Когда я стану королевой».

Я улыбаюсь, надеясь, что сестра не заметит грусти, спрятанной за улыбкой.

Я не завидую ей. Мы давно пообещали поддерживать друг друга, несмотря на решение матушки при выборе наследницы. Несмотря на то, что сестра младше меня на два года, в свои шестнадцать она уже представляет собой подходящую кандидатуру на трон после матушки.

Нолла Верин едва ли не родилась с луком и стрелами в руках, не говоря уже о мече на поясе. Как и наша матушка, она не мешкая готова пустить в ход оружие. Нолла Верин может укротить самую агрессивную лошадь в конюшне. Многие королевские дома начали отправлять жеребят ей на воспитание лишь затем, чтобы похвастаться, что их молодняк был укрощен не кем иным, как дочерью великой королевы.