Сердце яростное и разбитое

Я выиграл его в карты! Фортуна улыбнулась мне сегодня, мой мальчик.

Скрейвер. Я припоминаю, что в детстве мне рассказывали о чем-то подобном, но это было так давно, что подробности уже стерлись из памяти.

– Я думал, что это выдумка, которой пугают детей.

– Судя по всему, нет.

Я набираю еще одну пригоршню воды, чтобы полить ею лицо существа, затем щелкаю языком, словно призываю лошадь. Веки скрейвера дергаются, но он продолжает оставаться неподвижным.

– Представляешь, нужно было заплатить два медяка, чтобы просто посмотреть на него! – восклицает Уорвик.

 – Вопиющее безобразие!

Мои брови взлетают вверх. Выражение сочувствия – это не то, что я ожидаю от Уорвика.

– Согласен.

– Вот именно! За скрейвера? Да люди явно заплатят все пять!

А, так вот оно что.

Когда я набираю третью пригоршню воды, существо вздрагивает. Его рот приоткрывается в поисках желанной жидкости. Когти создания начинают скрести по полу, чтобы подобраться ближе ко мне. Его движения слабые и болезненные.

– Спокойно, – мягко говорю я.

 – У меня есть еще.

Я снова зачерпываю воду рукой. Надо будет сбегать за ковшом.

Скрейвер делает глубокий вдох, раздувая ноздри, и из его груди доносится низкий звук. Я подношу руку к его рту настолько близко, насколько у меня получается.

Глаза существа распахиваются, и они оказываются полностью черными. Низкий звук превращается в рычание.

– Спокойно, – снова говорю я. – Я не наврежу…

Существо дергается в сторону моей руки. Я реагирую быстро, но оно оказывается быстрее.

До того, как я успеваю вытащить руку из клетки, в мое запястье впиваются клыки. Я вырываю руку и, отшатнувшись назад, спотыкаюсь о ведро с водой и падаю вниз с повозки.

Уорвик смотрит на меня сверху, а затем начинает хохотать.

– Нет, нет. Даже лучше, что ты был здесь. У Тайко не хватило бы духу сунуть туда руку.

Черт возьми, из моей руки яростно хлещет кровь. Из-за грязи и пота рану уже начинает жечь.

Скрейвер отполз к противоположной стене клетки.

Со своего места я могу видеть, что существо, без всяких сомнений, принадлежит к мужскому полу. Наполовину обнажив клыки, оно сверлит меня предупреждающим взглядом темных глаз.

– Теперь тебе придется ждать воду, – говорю я.

– Как думаешь, что нам с ним делать? – спрашивает Уорвик.

Я вздыхаю. Мое запястье горит, и я голоден. Мне нужно сходить за Тайко и вернуться до наступления темноты, иначе нам не поздоровится.

– Мы не можем оставить его на солнцепеке.