Проклятие одиночества и тьмы

Иногда – и это хуже всего – у чудовища есть крылья, и оно может подниматься в воздух.

– Но это одно и то же чудовище? Откуда ты знаешь, что не разные?

Глаза стражника встречаются с моими, но Грей ничего не говорит.

Я закусываю губу и выкладываю на стол очередную карту. Все спят, но я все равно понижаю голос:

– Рэн сказал, что его семья была убита чудовищем. Король и королева?

Грей медленно кивает:

– И сестры, миледи.

Эта информация не должна заставлять все сжиматься у меня внутри, но я ничего не могу поделать.

– Коул и Эвелин считают, что король и королева прячутся. Люди не знают, что они мертвы?

Грей медлит с ответом.

– Если народ узнает, что правители мертвы, могут возникнуть очень серьезные проблемы. Восстание. Гражданская война. Королевство может быть атаковано, а у нас нет армии, чтобы защищаться.

Я смотрю на Грея.

– Король закрыл границы и замок, поэтому Эвелин сказала, что торговля прекратилась.

– Принц Рэн закрыл границы, используя печать своего отца. Он распустил слухи о возможном вторжении, сподвигнув других людей отвернуться от соседей. Он пресек все попытки международной торговли и заявил, что таков указ его отца. Поначалу это было разумным защитным маневром, но со временем, как вы видите, люди от этого только страдают.

Да, я видела. Видела, как это повлияло на Фрею и ее детей, а сейчас вижу, как сказывается на Коуле и Эвелин.

Некоторое время мы играем в тишине, пока у меня не остается три карты и мне не приходится тянуться к колоде. Мне достается принц мечей. Я улыбаюсь и поворачиваю карту к Грею.

– Ха! Не ты ли говорил, что я могу похитить короля при помощи этого?

– Всего одного. – Стражник бросает мне карту.

Я забираю короля к себе в руку.

– Теперь лишь вопрос времени, когда я выиграю.

– Посмотрим.

– А ты играл в карты с теми сотнями других девушек?

– Нет.

– Почему нет? – удивляюсь я.

– Это сложный вопрос, миледи. – Грей потирает подбородок. – Скорее всего, по той же причине, по которой мне не приходилось стоять перед ними с оружием.

– Ты меня оскорбляешь? – Я изучаю его.

– Нет. – Грей кладет червовую четверку. – Скорее совсем наоборот.

Не знаю, что с этим делать. Слова, сказанные в темноте посреди ночи, обычно намного значительнее, чем слова, сказанные в любое другое время.