Проклятие одиночества и тьмы

Понятно, – с трудом отвечаю я, сглатывая комок в горле.

Затем Грей уходит, и дверь снова запирается на ключ.

Глава 7

Рэн

Я просыпаюсь, и живот словно наполнен пламенем. Кажется, что тело распадается на части. Я провожу рукой по животу, но не нахожу ни бинтов, ни швов. Лилит не повредила кожу. Бывает, что так даже хуже, потому что магические раны заживают намного дольше обычных.

Огонь из камина отбрасывает тени на стену. Из главного зала слышна музыка. Медленно играющая флейта оповещает, что до ужина час.

Я абсолютно один.

Боль пронзает тело, как только я пытаюсь сесть. Втягиваю воздух сквозь зубы и вспоминаю предупреждение Лилит. Она сказала, что этот сезон будет последним. Она превратила грядущее освобождение от проклятия в еще более изощренную пытку.

Прижимаю руку к животу и сажусь.

– Грей.

Голос звучит так, словно я ел пепел из камина.

Командор появляется на пороге.

– Да, милорд?

– Что произошло? – Я провожу рукой по лицу.

Грей подходит к прикроватному столику и открывает бутылку. Красная жидкость блестит на свету, пока он наливает ее в стакан.

– Лилит появилась на арене.

– Помню это. – Я двигаюсь вперед; боль постепенно исчезает. Отметины на шее Грея потемнели и зарубцевались. – Она что-нибудь с тобой делала после того, как я упал?

– Нет. – Грей протягивает мне стакан.

Первый глоток обжигает глотку, затем желудок. Тем не менее я рад такого рода жжению, потому что оно перекрывает другое.

Грей никогда не наливает себе. Раньше королевской страже это было запрещено, но сейчас здесь нет никого, кого бы это могло беспокоить. Однако командор все равно бы отказался выпить, даже если бы я предложил. Мы уже через это с ним проходили.

– Девчонку проверил?

– Проверил.

Когда я запер дверь этим утром, я ждал, что Харпер начнет яростно колотить в дверь. Но вместо этого я не услышал ничего, кроме тишины, в которой читалось мрачное смирение с обстоятельствами.

– Она с тобой хоть разговаривала?

– Она набросилась на меня с кинжалом и была готова драться за одно из этих изобретений, которые у всех них есть.

Я вздыхаю. Неудивительно.

– Что-нибудь еще?

– Она интересная.

Мои глаза широко распахнулись. Такое слово Грей никогда не употреблял раньше в отношении других девушек.

– Интересная?

– Она импульсивна, но будет сражаться до смерти, если ее загнать в угол и если она захочет что-то получить.