Слова сияния

Твоя мать…

– Я не стану слушать твое вранье! – выкрикнул Хеларан и повернул запястье так, что меч в его руке крутанулся, но лезвие по-прежнему упиралось в грудь отца. – Так легко.

– Нет, – прошептала Шаллан.

Хеларан склонил голову набок, потом повернулся. Меч не дрогнул.

– Нет, – сказала Шаллан. – Пожалуйста.

– И вот теперь ты заговорила? – изумился Хеларан. – Чтобы защитить его?! – Смех брата был похож на неистовый лай. Он резким движением убрал меч от груди отца.

Тот, по-прежнему бледный, опустился на один из стульев.

– Как? Это же осколочный клинок… Откуда? – Светлорд Давар вдруг поднял глаза. – Но нет. Это другое. Твои новые друзья? Они доверили тебе такое богатство?

– Нам предстоит важное дело, – отрезал Хеларан. Он повернулся и сосредоточился на Шаллан, положил руку ей на плечо ласковым жестом и продолжил чуть тише: – Сестра, когда-нибудь я тебе все расскажу. Хорошо, что я услышал твой голос, прежде чем уехать.

– Не уезжай, – попросила она.

Слова казались ватой, набившейся в рот. Прошло много месяцев с тех пор, как она в последний раз говорила.

– Я должен. Пожалуйста, нарисуй для меня что-нибудь. Невероятные вещи. Счастливые дни. Ты сможешь?

Она кивнула.

– Прощай, отец, – бросил Хеларан и, повернувшись, решительным шагом направился прочь из комнаты. – Постарайся не испортить слишком многое, пока я буду отсутствовать. Я ведь время от времени стану возвращаться, чтобы проверить, как идут дела.

Он ушел, а его слова все еще звучали эхом в коридоре.

Светлорд Давар вскочил и взревел. Несколько горничных, что еще оставались в столовой, выбежали через боковую дверь в сад. Шаллан сильней съежилась в кресле, придя в ужас при виде того, как ее отец схватил стул и ударил им о стену. Он пинком опрокинул маленький обеденный стол, потом принялся ломать стулья один за другим об пол, повторяющимися, жестокими ударами.

И повернулся к ней, тяжело дыша.

Шаллан всхлипнула от его гнева, от того, что в его глазах не было ничего человеческого.

20

Холодная ясность

Форма искусства нужна для красот многоцветных

И песен, которых мы страстно желаем.

Искусник призывает рой спренов приметных,

Судьбу творят они, но как – не знаем.