Всадник

Да и внешне царь больше походил на выходца из Восточных королевств, нежели на сератая. Вымытый, с уложенными волосами, даже на одежде его не было ни единой мятой складки.

За ним, словно тень, вошел Нессиоти, казалось, его никто и не заметил, никто, кроме Мазсе и его братьев. С волосами черными как смоль, сам предсказатель был бледен словно снег. Он был в черном халате, расшитым серыми узорами, тянувшимися от пояса до запястий. Нессиоти, сутулившись, проследовал за царем до трона и сел по правую руку от него. Скрестив ноги, он выпрямился и расправил плечи.

Ростом он был даже выше, чем Араме, но весь высохший. Казалось, что кожа просто обтягивает его кости. Костлявыми длинными пальцами он упирался в свои колени и надменно осматривал окружающих, будто высматривая предателей. Мазсе обратил внимание на то, что брат всячески не хочет встречаться взглядом с ним или с братьями. Хотя они сидели практически друг напротив друга. Нессиоти смотрел куда угодно, только не на свою семью.

– Ты посмотри, сидит, как ни в чем не бывало, и даже не посмотрит на свою родню, – сплюнув, обратился к Араме Скилур.

– Приветствую вас, воины мои! – подняв наполненный до краев кубок, обратился к вождям Акиннаез.

– Поздравляю вас с этой великой победой. С сегодняшнего дня нашего самого злейшего врага, королевства Антерол, не существует. Города разрушены, села сожжены, а люди обращены в рабство. Этот день надолго останется в мировых хрониках, как одна из величайших побед сератаев, – царь принялся пить вино из кубка.

К нему присоединились остальные вожди и знатные всадники, в том числе и Мазсе.

– Отдельную благодарность хочу объявить новому вождю племени, безвременно покинувшего нас Теорека, его сыну Араме!

Араме поднялся и выпил вместе с Акиннаезом.

– Если бы не его успешный прорыв, не праздновать нам сегодня победы.

– Слава Араме, слава Акиннаезу, – раздались крики вождей.

Акиннаез поднял руку, заставив всех смолкнуть.

– В награду я дарую тебе тысячу рабов из моих личных владений!

– Арха! Да здравствует Акиннаез, слава Араме, – вновь раздались крики.

– Мой царь, позвольте, представлю Вам того, без кого наш прорыв был бы не столь успешным, – Араме жестом пригласил Мазсе подняться.

– Младший сын Теорека, мой брат – Мазсе, – указывая на брата, произнес Араме.

– Приветствую Вас, великий царь, – поднявшись, сказал Мазсе.

Акиннаез кивнул в знак одобрения.

– Ты похож на отца. Густые брови, зеленые глаза, даже подбородок как у Теорека.