Тираны и мстители

В тесном коридоре виднелись удаляющиеся силуэты, подсвеченные огоньками мобильников.

– Никто больше не сражается, – крикнул я им вслед. – Никто даже не пытается! Вы – единственные, кто еще остался. Если даже вы боитесь таких, как Стальное Сердце, то как другие могут считать иначе?

Мстители продолжали идти.

– Ваше дело многое значит! – заорал я. – Но этого мало! Пока самые могущественные из эпиков полагают, будто им ничто не угрожает, ничего не изменится. Пока вы их не трогаете, вы, по сути, подтверждаете то, что они всегда говорили! Что, если эпик достаточно силен, он может брать все, что хочет, и делать все, что хочет.

Они не останавливались, хотя шедший последним Проф, похоже, колебался – но это была лишь минутная слабость.

Я глубоко вздохнул. Оставалось только одно.

– Я видел кровь Стального Сердца.

Проф замер, вынудив остановиться остальных, и оглянулся:

– Что?!

– Я видел кровь Стального Сердца.

– Не может быть, – сказал Абрахам. – Его ничто не берет.

– Я действительно видел, – сказал я, чувствуя, как отчаянно колотится сердце и выступает на лбу холодный пот.

Я никому никогда об этом не рассказывал – тайна была слишком опасна. Если бы Стальное Сердце узнал, что кто-то остался в живых в тот день, он выследил бы меня и убил. Прятаться было негде, бежать некуда – если бы он решил, что я знаю его слабое место, мне пришел бы конец.

На самом деле я не знал, в чем именно оно заключается.

– Ложью ты места в нашей команде не добьешься, – медленно проговорил Проф.

– Я не лгу, – ответил я, встретившись с ним взглядом. – Дайте мне несколько минут, и я все расскажу. Хотя бы выслушайте.

– Глупости, – сказала Тиа, беря Профа за руку. – Пошли, Проф.

Проф не ответил. Он внимательно меня разглядывал, словно что-то искал. Я вдруг почувствовал себя перед ним чуть ли не голым, словно он мог увидеть все мои желания и грехи.

– Ладно, сынок, – сказал он. – У тебя есть пятнадцать минут. – Он показал в сторону комнаты. – Я выслушаю твой рассказ.

Мы вернулись в комнатку, несмотря на недовольное ворчание остальных. Я потихоньку начинал разбираться в членах команды.

Абрахам, с громадным пулеметом и мускулистыми руками, наверняка был их тяжелым оружием.