Ритм войны. Том 2

Он проявил к ней доброту. И многие в этой башне были просто людьми, пытающимися жить своей жизнью.

Эшонай сделала бы что-нибудь.

– Я мошенница, Тимбре, – прошептала Венли. – Фальшивая Сияющая. Я не знаю, что творю.

Тимбре всколыхнулась. Смысл был ясен.

«Я знаю».

Этого было достаточно. Венли повернулась и начала спускаться по ступенькам, набирая скорость. Венли мало что могла сделать непосредственно, чтобы помочь семье. Ее власть как Голоса не простиралась так далеко, чтобы перечить воле Преследователя.

Вместо этого она направилась в величественный атриум. Это огромное отверстие в глубине башни напомнило ей шахту, ведущую в подвал – круглый колодец в камне. Только куда крупнее, более ста футов шириной. «Колодец» тянулся во тьму, как будто до самого верха Уритиру.

Лифты ходили вверх и вниз по внутренней части атриума: теперь они работали на пустосвете. Дальняя стена, обращенная прямо на восток, была не каменной, а представляла собой плоское стеклянное окно. Удивительно большое, оно позволяло видеть заснеженные вершины и обеспечивало естественный свет всему атриуму.

Лифты почти не использовались: певцы стремились установить контроль над нижними этажами. Чтобы не тревожить разведчиков-ветробегунов, шанай-им было запрещено парить снаружи. Вместо этого они поселились здесь, в этом большом зале, рея на открытом воздухе. Венли воспользовалась своей властью, чтобы подняться на пятнадцатый этаж на лифте. Здесь она нашла Лешви, медитирующую в своих колышущихся длинных одеждах.

Лешви сразу заметила Венли и приоткрыла один глаз. Венли отослала слуг и, напевая в ритме страстного желания, терпеливо стояла и ждала, когда хозяйка официально признает ее появление. Лешви подплыла к балкону и положила руку на перила.

Венли быстро подошла, напевая в ритме долга.

– Почему ты не обратилась ко мне тайно? – спросила Лешви.

Лешви придумала для Венли способ по секрету доставлять записки о действиях Рабониэли.

– Ветробегун, которого вы хотите победить, находится в башне, – сказала Венли. – И у меня есть основания предполагать, что он не потерял сознания. На самом деле он все еще может пользоваться своими силами.

Лешви запела в ритме восторга. Красноречивый выбор.